Вслух Старейшин никто не винил. Пока, по крайней мере. Но там и тут Дельфина слышала шепоток, который раньше не представляла возможным. Битва в Зеленой Долине могла бы завершиться иначе, если б не торопились, выбрали другую позицию, не наступали, не отступали, не послали бы шестьсот человек на убой. В каждом тэру проснулся запоздалый талант полководца. Каждый готов был рассказать, что делал бы на месте Арлига.

— Я благодарю Неру-Пряху, что не была на его месте, — отвечала Дельфина, когда спрашивали ее мнение.

Тэру поспешно соглашались — она не сразу и поняла, почему ропот так легко умолкает. Островитяне молчали, но всегда помнили о темной стороне Общины, о том, как исчезают неугодные Совету. В такие времена правители не допустят сомнений. В каждой душе паутина трещин, думала Дельфина, словно на морском дне перед взрывом. А ненависть Островов устремлялась руслом дозволенным — к виновнику всего, к Теору.

— Сегодня, — шепчет Дельфина, — я видела его. Я ходила к нему, Господин Морской, разве я могла поступить иначе? Алтимар, все эти годы я спрашивала тебя, что с моим братом. Я получила ответ.