Дельфина сделает это — предаст Совет, Острова, свое Посвящение, все, во что верила и верит. Все живое замерло, разлетелись птицы, умолкли песни морских дев. Собаки в деревне выли, кошки залезли на крыши, потому что ниже морского дна бился огонь — так же гулко, как сердце Дельфины. Паутина трещин. Море тихонько всхлипывало, и Жрица его утешала: “Мне так даже легче”. После разговора с Тиной все стало хотя бы понятно. Дельфина должна быть покорна Совету и брата должна спасти — иначе действительно окажутся ложью и Остров Леса, и Община. Если две истины, одинаково непреложные, тянут в разные стороны — значит, пришло время разорвать Дельфину на части. “Тэру так и сделают”, — смеется она. Капли дождя щекочут лицо, лодка мягко скользит под парусом.

“Моя Дельфина, если предательством называется то, что ты замыслила, то погубит оно только тебя”.

“Мне не хочется вспоминать об этом, Господин мой. Выдержать я могу многое, но допустить эту зверскую казнь — такой стойкости у меня нет”.