– Рано радуетесь! – ухмыльнулся Стифрано в ответ на благостную реакцию энеля Нафази, который, похоже, весь путь провел в страхе и молитве. – Сейчас выяснится, что нам еще штук десять этих «станций» осталось.

Но в этот раз он был неправ. Нактрис, поднявшись во весь рост, бросил в сторону берега веревку с крюком и предложил всем готовиться к выходу.

Выбравшись из туннеля, члены миссии смогли воочию убедиться в том, что их традиционное представление о времени все еще в силе. Стоял вечер, и уже довольно низкое солнце сочилось мягкими закатными красками из-за ветвей деревьев. Местность вокруг представляла собой редколесье, пересеченное небольшими оврагами у подножия низких холмов. Почва выглядела уже не такой каменистой, как вблизи крепости, а скорее глинистой. «Такая земля, наверное, хорошо удерживает воду», – подумал Уни и не прогадал. Буквально через сотню шагов они вышли на берег маленького озера, почти со всех сторон окруженного соснами.

– Какой здесь воздух, о-о-о! – воскликнул Богемо.

– Я думаю, место выбрано неслучайно, – согласился Санери. – А вот это, видимо, сам дом.

Это было первое (и как потом выяснилось, единственное) из увиденных имперцами вириланских жилых помещений, которое имело привычный «человеческий» вид. Сделанный из массивных кедровых бревен сруб с двускатной лубяной крышей. Пройдя извилистой тропинкой через примыкавший к строению сад с огородом, гости, наконец, добрались до входа.

– Хвала Светилу, похоже, у вас все-таки есть шансы выжить! – с облегчением выдохнул энель Нафази.

– Да, ты знаешь, не только выжить, не только выжить! – заинтересованно отреагировал Стифрано, превознемогая боль и стараясь принять как можно более залихватский вид. Остальные члены посольства каждый по-своему последовали его примеру. Кроме Уни, который, по обыкновению пребывая в задумчивости, во внешнем мире был готов делать только то, что заранее продумал.

– Первый раз вижу обычную вириланскую дверь, но, похоже, на ней нет ручки. Значит, даже в таких утилитарных конструкциях национальные особенности все же существуют…

– Вы не туда смотрите, мой мальчик, – неформально и даже где-то проникновенно обратился к нему посол.

Молодой переводчик обернулся и замер. На фоне озера и спускавшихся к нему аккуратных деревьев сада стояла девушка. Она словно сошла к гостям с дорожки из солнечного света, которую отправляющееся на отдых светило проложило сквозь воздух, лес и водную гладь. Уни почувствовал, как будто тысячи маленьких кошачьих коготков разом впились ему в мозг. В голове потемнело, он закачался и с большим трудом сохранил рановесие.