– Могу я задать вопрос? – спросил Андрей.

– Нет, не можете, – спокойно ответил Константин. Из нагрудного кармана он вынул металлический темный дозатор для таблеток, щелчком выдавил на ладонь одну ярко-синюю капсулу и положил под язык. – Ну и скверная же у вас погода. А я очень метеочувствителен. Голова раскалывается. Жена как знала, что таблетки пригодятся. А вы женаты, Андрей?

– Нет, уже не женат.

– Дети?

– Нет.

– Странно. В вашем деле указано, что у вас есть сын.

– Его не стало четыре года назад.

– Извините, я не знал. Архивный отдел работает не слишком оперативно. Видимо, информация по вам долго не обновлялась. Соболезную.

– Вы прибыли из Москвы и устроили это представление ради разговора о моей личной жизни?

– Нет, вовсе не для этого, – спокойно ответил военный и сел обратно. Андрей заметил, что зрачки его глаз чуть расширились, а радужка приобрела более синий цвет. – Мне нужна информация по убийствам, которые вы расследуете.

– Все есть в документах по делу, – Андрей кивнул на папку.

– Я изучил их, но там только протокольная часть. Мне нужно то, что в официальные документы не входит: ваши первые впечатления от увиденного, ваши мысли, возможно смелые и абсурдные, которые вы не стали бы отражать в протоколах. Уверен, у вас сложился психологический портрет убийцы. Возможно, вы догадываетесь о его мотивах. Как бы вы описали его одним словом?

Глаза офицера превратились в две темно-синие пропасти. Не осознавая до конца происходящее, Андрей почувствовал боль в висках и холод во всем теле, будто погружался в ледяную воду.

– Чудовище… – сказал Андрей и посмотрел на военного так, словно удивился собственному голосу. – Первое, что приходит на ум, когда видишь обезображенные им тела.

– Под чудовищем вы понимаете человека или что-то иное? – уточнил военный.

– Что угодно, только не человека… Человек не способен на такое. Но тогда кто? – Андрей смотрел в две темно-синие бездны напротив. – Как его ни называй, какие бы извращенные больным разумом цели он ни ставил перед собой, но это создание не имеет права называться человеком. Тех людей убил зверь. Хищный и жестокий зверь, который распробовал вкус человеческой крови.

– И все же, говоря об убийце, вы имеете в виду человека. Или нет?

– И да, и нет. Травмы, которые мы видели на телах, человек физически не способен нанести, но то, что произошло с людьми после смерти… это что-то… что-то…

– Сверхъестественное? Потустороннее? – предположил Константин.

– Возможно. Когда мы обнаружили второе тело, все, кто был рядом со мной, ощутили… страх. Не тот, что бывает перед боязнью смерти или потерей близких людей. Это какой-то животный, исходивший изнутри ужас, который человек испытывает, сталкиваясь с тем, что не может объяснить, – вспомнил Андрей.