– Обрушим проход! – закричал командир.

Стрелявшие из гранатометов штурмовики не успели перезарядиться. Их головы взорвались, забрызгав изнутри защитные маски кроваво-серой слизью. Пожирателя утомила бессмысленная возня, и он натравил на уцелевших Тьму. Со скоростью, не доступной ни одному существу на Земле, он оказался рядом с воинами. Сотворенный из Тьмы клинок размером в два человеческих роста вырос из обрубленной лапы и обрушился на связиста, вошел в череп и разрезал тело вдоль на две части. Клинок исчез и превратился в десятки растущих из-за спины щупалец. Они обвились вокруг шеи витязя, подняли вверх. Одним ударом Пожиратель разодрал воину броню на животе, вспорол мягкую плоть, запустил вовнутрь лапу, обмотал вокруг горячие, слизкие кишки и вырвал наружу. Щупальца отпустили витязя, он тяжело рухнул в воду.

Бой закончился быстро. В сырой темноте раздалось довольное ворчание. Пламенно-желтые глаза обратились к последнему выжившему из группы. Пожиратель швырнул окровавленные кишки ему в лицо. Командир Барьера запутался в них, упал в воду, потянулся к гранате. Щупальца князя Тьмы выдернули противника на поверхность, прижали к стене. Когти уцелевшей лапы умело, чтобы не повредить самое ценное внутри, вонзились в грудную клетку воина и с мокрым хрустом вскрыли. Несколько секунд Пожиратель наслаждался видом агонизирующего сердца. В нем не было Тьмы, но великий князь в ней более не нуждался. Он знал, что время пришло, и ощущал достаточно сил на выполнение миссии, ради которой был рожден среди мертвых звезд Первых Сыновей Тьмы. Оставалось дождаться глубокой ночи, когда духи предков ослабят Границу. Князь погрузил продолговатую морду внутрь груди командира Барьера, с довольным ворчанием коснулся языком сердца и, несмотря на огромный соблазн, выгрызать не стал, а наградил своим семенем – выпустил из трубчатого сосуда под языком белесых личинок. Они превратят мертвецов в настоящих полководцев Тьмы, но для этого личинкам нужны сердца. Несколько не вырванных сердец Пожиратель стерпит. Вскоре ему предстоит обжираться человеческими сердцами, а из кровавых внутренностей обитающей на планете мерзости невольники возведут не логово, а настоящий престол. Престол неживой Земли высотой до звезд, достойный великого князя Пожирателя, сына императора Тьмы Изгдота Многоликого.

Всю дорогу до института Константин молчал, комкая в руке фотокарточку, запечатлевшую в размытом изображении существо с пламенно-желтыми глазами. Крики умирающих барьеровцев присоединятся к голосам тех, кто на протяжении сорока лет регулярно навещает его сны. Оно выросло. Стало больше едва ли не втрое. В момент обстрела монстра из подствольных гранатометов Константин оценил ситуацию и отозвал Спектр от выполнения задания. Дождавшись выхода группы, три микроавтобуса выехали к зданию института, но вскоре остановились посреди улицы.