– Вы должны видеть это, – передал по рации водитель.

Константин открыл боковую дверь и вышел под дождь, откровенно сомневаясь, что после увиденного в подземелье его можно чем-то удивить. Над холодным, темным Петербургом в глубине черных туч катилась огненная волна, а затем из другого конца города поднялось в небо и растворилось целое созвездие огней. Константин вернулся в машину, связался с командующим северо-западными силами Министерства обороны, направил ему короткий рапорт о ходе операции до гибели Барьера и запросил срочную встречу.

Спустя полтора часа вместе с генерал-майором Константин спускался в лифте на минус седьмой этаж закрытого научного института.

– Уверен, вы не зря вытащили меня среди ночи, – недовольно скривился военачальник.

– Уверяю вас в этом, – сдержанно ответил Северов.

– Я ознакомился с вашим рапортом. Спецназовцы из Барьера нашли что-то интересное в канализации? Крыс, например? – спросил генерал-майор, даже не пытаясь скрыть насмешки.

Константин привык к ним. Его подразделение занималось явлениями паранормального рода, что среди высокопоставленных военных нередко вызывало улыбку.

– Личный состав группы Барьер погиб.

Лицо военачальника изменилось:

– Что же с ними произошло?

– Сейчас увидите. Немного терпения, – холодно ответил Константин.

Они вышли из лифта, свернули по коридору, прошли мимо нескольких постов с вооруженными солдатами. Сопровождавший их военный открыл бесконтактным ключом дверь и провел в большой зал лаборатории с четырьмя камерами, закрытыми защитными барьерами. Константина и генерал-майора встретила рыжеволосая женщина. В центре зала за консолями управления дежурили два офицера.

– Что с нашими образцами? – спросил Северов.

– Нулевые объекты начали проявлять друг к другу признаки агрессии. Для исследования было важно установить, насколько долго сохраняются родственные связи после возникновения мутации, – ответила женщина.

– О чем идет речь? – деловито спросил генерал-майор.

Константин оценивающе посмотрел на него и попросил оператора за консолью включить звук и поднять первый щит.

Из динамиков лаборатории раздались многоголосые вопли. Нет на Земле существа, способного издавать настолько омерзительные, наполненные злобой и ненавистью звуки. Но самым ужасным являлось то, что среди них угадывалась бессвязная, человеческая речь.

Смесь отвращения, страха и любопытства отразилась на лице командующего. Он осторожно подошел ближе к пуленепробиваемому экрану и постарался рассмотреть происходящую во мраке возню. Несколько раз изнутри об экран что-то ударилось, оставив слизкий след.