— Флавиан! — этот женский голос так напоминал ласковое материнское пение, и юноша с трудом приоткрыл глаза, чтобы увидеть хозяйку этого знакомого голоса.

Но пелена застелила его глаза, все вновь оказалось в каком-то густом и странном тумане. Он ничего не мог разглядеть, но чувствовал, как на его сильно пульсирующей шее сжимается чья-то крепкая рука. Он слышал закадровый голос, чем-то похожий на голос из его первых сновидений, где пророк еще не говорил вороньими устами, а слова раздавались по всей местности.

— Флавиан, родной, не засыпай, — тот самый женский голос звал его к себе, звучный и игривый, сейчас он казался ему напуганным и осторожным.

Вдруг, в нос юноши ударил резкий и неприятный запах, который ожигал его ноздри и проникал чуть ли не до самого мозга. Глаза в один миг открылись и Флавиан попытался вскочить со своего места, подальше от этого неприятного запаха, но его удержали чьи-то руки.

— Тише, тише, — он увидел до боли знакомую женщину, которая бережно положила на его голову влажную мокрую повязку.

Флавиан прокряхтел, ему сейчас и без этого было холодно, ветошь была мягкой и столь мокрой, что вода начала стекать по его вискам и щекам. Его полукругом обступили незнакомые люди, и нависали над ним, Флавиан осознал, что лежал на какой-то каменной плите, а повсюду горели яркие факелы. Он хотел поинтересоваться, где находится, но язык не слушался его и с него не слетело ни единого слова. Один из мужчин стоял чуть поодаль с глубокой чашей в руке, из нее валил дурно пахнущий пар. Видимо именно этой смесью из трав удалось вытащить Флавиана из страны грез.

— Не переживай, все будет хорошо, — раздался чей-то мягкий знакомый голос, но лица говорившего юноша не видел.

Его шея жутко болела и пульсировала, словно в нее кто-то накачивал воздух. Он был готов разрыдаться от боли, но держался из-за всех сил.

— Бедный, давно я не видела, чтобы кто-нибудь после укуса вампира выживал, — вновь появился все тот же мягкий женский голос.

Вдруг, Сетьюда обуял ужас. Он вспомнил, что с ним приключилось. Погоня от незнакомцев под покровом ночи, нависающие над ними тени и та девушка… Дочь лекаря. Как же ее звали? Последнее, что вспомнил Флавиан, как она вцепилась своими зубами в его шею, а после этого темень закрыла его глаза.

— Где, где… где я? — Флавиана била дрожь, то ли от пережитого страха, то ли от температуры. Где я?

И он увидел ту самую женщину, чей голос вытащил его из каземат засасывающую его душу Бездны.

— Тише, тише, не беспокойся, — она вновь взяла северянина за руку и накрыла ее своей ладонью.