— О, боги, помогите мне, — Флавиан схватился левой рукой за лицо и почувствовал, как из уголков его глаз начали вытекать слезы.

Это странное ощущение он уже испытывал до этого и юноша понимал, что это значит. Он хотел предупредить Мерьи, что исполняется еще одно пророчество, но Клоповница присевшая на корточки, ничего в округе не замечая, пыталась поднять юношу с четверенек.

— Короли, — смог через силы вымолвить Флавиан и на этом его фраза окончилась.

Было странное ощущение, что юноша оказался где-то за пределами этого мира. Здешний мир казался ему одновременно и знакомым и неузнаваемым до беспамятства. Флавиан не понимал, что с ним происходит, он зажмурился и продолжал кривиться от боли.

— Мальчик, что с тобой, — Мерьи склонилась над пастухом, но Флавиан пытался ее предупредить. — Мальчик!

Из его глаз потекли реки соленой жидкости, не спрашивая дозволения у своего живого источника. Они текли сами собой, только сейчас Флавиан осознал, какие страшные тайны открыли перед ним боги.

Послышался громкий глухой стук и Мерьи тут же подняла свою голову, пытаясь выявить источник шума. До нее не сразу дошло, откуда доноситься этот монотонный барабанный ритм.

— Боги, помилуйте, — она отшатнулась от пастуха и плотно прижалась к стене, сделав испуганное лицо.

Юноша оклемался и пытался что-то выкрикнуть, в духе того, что им предстоит бежать со всех ног. Враги нашли их даже здесь. Внутри того места, где балом правит мертвая тишина. Барабанный звук по надгробным плитам продолжал разноситься по всему склепу и Мерьи не сразу сообразила, что им нужно бежать отсюда подальше. Внезапно, крышка саркофага по правую руку от Клоповницы сдвинулась на ладонь, и она отчаянно в ужасе закричала.

"И восстанут из праха короли минувших дней, дабы воскреснуть ради прихотей своих врагов," — в голове Флавиана по-прежнему звучали эти слова.

Он вспомнил те мрачные картинки из своих сновидений, где окоченелые трупы и скелеты в богатых одеждах и с короной на голове, вооруженные тяжелыми двуручными мечами движутся в сторону вороньего пророка.

— Беги! — Мерьи пыталась достучаться до Флавиана, но юноша полагал, что он в конец обессилил.

Кровь вымочила повязку на его шеи, она стало алой, как прекрасная роза, которая будто только что расцвела. Кое-как поднявшись на четвереньки, Флавиан направился к тому месту, где буквально недавно пробудился после укуса вампира.

— Беги! — кричала женщина. — Не жди меня!

В этот раз Сетьюд послушался ее и побежал вперед, даже не оборачиваясь, под монотонный ритм ударов в скрипящие скверным звуком надгробных плит. Казалось, что начался конец света и мертвые восстают от смерти, пытаясь при этом убить всех тех, кто еще остался в живых. Краем глаза Флавиан заметил, что из-под одной надгробной плиты высунулась ссохшаяся костлявая рука с лоскутами черной редкой кожи. Ладонь пыталась вызволить свое тело из заточения саркофага, нашаривая костьми по надгробию.