Нейт с Ферном только вернулись и, сидя на кухне за завтраком, рассказывали о прошедшей ночи: разделившись, они следили за дремерами в надежде, что те выведут их на Сая или Риссу, но безрезультатно.

– Такое чувство, что они сами их искали, – вяло проговорил Нейт.

– Или отлично притворяются, так как знают, что мы за ними следим, – возразил Ферн.

Вместо ответа Нейт широко зевнул, прикрыв рот ладонью, и Кьяра обеспокоенно сказала:

– Тебе надо отдохнуть.

Юноша мотнул головой.

– Нет, нужно продолжить поиски.

Ферн проглотил кусок бутерброда и, взглянув на Нейта, флегматично проговорил:

– Ты бы послушался Кьяры. В зеркало-то себя давно видел? Мертвецы на кладбище и те краше.

Тот побелел так, что его глаза показались совсем черными, и прошипел:

– Как ты смеешь?..

– Сравнивать тебя с мертвецами?

Обычно уравновешенный, Нейт вскочил, опрокинув стул, и все пораженно замерли, глядя на него.

– Как ты смеешь… в такой день?.. Ты что, забыл? – Губы у него задрожали, и он едва слышно выдохнул: – Лилла…

Я оледенела, когда до меня дошло. Сегодня годовщина смерти Лиллы. Я с тревогой посмотрела на Ферна – тот, казалось, чуть побледнел и, сузив глаза, холодно ответил:

– Я узнал о произошедшем спустя неделю, так что извини, что точная дата не отложилась у меня в голове.

– Если бы ты не был таким упертым и согласился выслушать нас тогда, а не ушел, громко хлопнув дверью, ты был бы в курсе!

– Значит, это моя вина?.. – Ферн тоже поднялся со стула, но тут вмешалась Кьяра. Подняв стул Нейта, она громко сказала:

– Прекратите, пожалуйста!