— Вали давай, — охранник оскалился. — Нечего тут точить лясы. Залог уплачен, теперь катись.

Калеб насторожился. Сердце заворочалось, собираясь ползти вниз.

— Уплачен, говоришь? Мать постаралась?

— Я почем знаю? Тебя там ждут — какой-то мужик на красной машине. Тачка — закачаешься.

— Какой мужик? — не понял Калеб.

— Че ты меня спрашиваешь? Вали и сам разбирайся.

Щурясь от яркого утреннего солнца, Калеб вышел из участка. Охранник не обманул. В стороне действительно стояла красная спортивная машина. Марку Калеб не узнал, но отдал бы пару пальцев на правой руке за такое авто. У машины, сложив руки на груди, стоял незнакомый ему человек.

Калеб присмотрелся. Вот уж кто действительно взял от жизни все. Холеный, как породистый пес редкой бойцовой породы с патологической тягой к убийству, из тех, что идут на вес золота. Костюм на миллион переливался шелковыми волнами.

Незнакомец приветственно махнул Калебу. Решив, что нет смысла тянуть время — и так ясно, кто здесь хозяин положения, — тот зашагал навстречу.

— Эт вы меня выкупили? — спросил Калеб безо всяких приветствий.

Незнакомец улыбнулся, и Калеб вздрогнул. Он был выше его на две головы и в два раза шире в плечах, и в то же время понял, что связываться с этим парнем будет себе дороже.

— Это стоило мне некоторых усилий. Надеюсь, они оправданы.

— Мать попросила?

— Не волнуйтесь. Ваша матушка не имеет к этому отношения, — успокоил его незнакомец.

— Тогда кто вы такой?

— Скажем так: я генеральный менеджер консорциума Кабота. Не владелец, но старший управляющий. А вы, как я понимаю, являетесь сотрудником нашей компании. Будет проще, если вы сразу уясните, что я ваш непосредственный начальник.

— Понял… И чего надо?

Тонкие, бескровные губы менеджера дернулись, обнажая белоснежные зубы, подточенные на манер клыков. Хитрый ход: не сразу понимаешь, в чем дело, но такая улыбка неизменно вызывала дискомфорт.

— Мне нравится ваш подход, господин Сикаракис — сразу к делу. Надеюсь, вы не будете возражать, если я буду вас называть Калеб? — Тот пожал плечами, мол, ему все равно. — Хорошее имя, оно значит «пес».

— Я знаю.