— Этого не может быть, — прошептал он.

— И все же, если это правда? — продолжил лорд Рочестер. — Если вы оба умрете, что тогда?

Монтегью бросил на него сердитый взгляд и сказал:

— Я вас не понимаю.

— Я должен знать, — прошептал лорд Рочестер, привстав в постели. — И все мы тоже.

— Знать что? — спросил Уайндхэм, облизнув пересохшие губы.

— Правду о том, что нас ожидает.

— Что у вас на уме?

— Мы должны принять обет. Каждый из нас, все вместе, прямо сейчас.

— Что мы должны обещать?

— Что завтра, если кто-нибудь из нас погибнет, он явится остальным, чтобы поведать об этом будущем состоянии… — Рочестер сделал паузу. — Если же погибший не явится, это послужит доказательством, что такого состояния не существует.

Монтегью посмотрел на Уайндхэма, потом неожиданно громко рассмеялся.

— Я готов согласиться и не на такое.

Какое-то время Уайндхэм лежал совершенно неподвижно и не отрывал взгляда от фонаря, болтавшегося из стороны в сторону в такт качке корабля. Наконец он закрыл глаза и медленно кивнул в ответ в знак согласия.

Лорд Рочестер тут же вскочил с койки и соединил их руки.

— Клянемся, — прошептал он. — Клянемся, во имя самого верного доказательства истинности нашей религии, вернуться, если существует какое-то новое состояние после смерти.

Покончив с этим, он рухнул в постель, словно после неистового приступа наслаждения, и улыбнулся.

— Теперь, — пробормотал он, — нам остается ждать и смотреть. Это послужит доказательством и станет, полагаю, бесценным экспериментом.

На следующий день завязалось сражение. Роберт, стоявший с товарищами на палубе корабля, следил за его развитием. Вскоре он понял, что на его глазах англичане терпели сокрушительное поражение. Английские корабли оказались зажатыми со всех сторон и едва могли маневрировать, превращаясь в неподвижные мишени для голландских пушек. Завывание штормового ветра смешалось с криками раненых и умирающих. Море усеялось качавшимися на волнах трупами. Однако Роберт видел, что в их корабль почти не было попаданий. Когда сражение закончилось и английский флот отступил, выяснилось, что огонь противника едва зацепил их корабль и что из сотен людей на борту были убиты только четверо. И среди этих четверых оказались Монтегью и Уайндхэм. Их поразило одно пушечное ядро, превратившее обоих в единую мешанину из плоти и кишок. Это произошло так близко от лорда Рочестера, что весь его плащ оказался окрашенным кровью друзей. Он смотрел на их трупы. Завидев подошедшего Роберта, лорд Рочестер поднял бровь и пробормотал:

— Теперь подождем и посмотрим.