Паша снова сделал паузу и отрешенно улыбнулся.
— Уже покидая это место, — продолжил он свой рассказ, — я столкнулся с Тадеушем. Он, так же как и я, притащился в деревню, подозревая, что она хранит какую-то тайну. Всего несколько недель назад он уже пытался туда проникнуть. Однако в тот раз, как он мне сказал, ему не удалось найти ее, потому что и деревня, и замок, возле которого она находилась, считались исчезнувшими.
— Исчезнувший замок? — переспросил лорд Рочестер, нахмурив лоб. — Что вы имеете в виду?
Паша вяло повел плечами.
— И замок, и деревня просто исчезли с лица земли.
— Как такое возможно?
Паша снова пожал плечами.
— Невозможно было отыскать ни одну из дорог, которые когда-то вели туда. Все выглядело так, будто деревня и замок просто растворились в воздухе.
— Когда я отправился в Вудтон, — вступил в разговор озадаченный Роберт, — мне без труда удалось разыскать его.
— Да, — согласился Паша и прищурил глаза. — Для вас это не составило труда. Но, если бы Маркиза направилась в эту деревню без вас, смогла бы она ее отыскать, как вы думаете?
Роберт недоуменно покачал головой:
— О чем вы говорите?
Паша помолчал. Он бросил взгляд на
— Вы знаете, — начал он, медленно произнося слова, — и тому есть много доказательств, что вы не похожи на других смертных, что вы каким-то образом отмечены. Наверное, Ловелас, вы не настолько трусливы, чтобы отрицать это перед самим собой?
Роберт сидел, окаменев, снова ощущая холод в животе. Он сжал кулаки и провел костяшками пальцев по губам.
— Зачем иначе, — продолжал Паша своим низким, роковым шепотом, — стал бы я сейчас говорить с вами? Не в моих правилах обсуждать вещи такого сорта с простыми смертными. Это выглядело бы так, будто труп целого мира лежит в лекционном зале, а я, подобно ученому мужу от медицины, вскрываю его, сдираю с него кожу, обнажаю крупицы скрывающейся под ней тайны. И понимаю, как понимает любой медик, что сама эта тайна убегает от меня в такие глубины, что я и сам не в состоянии даже представить, куда это все может меня привести.
— Вы не в состоянии представить… — повторил Роберт, нахмурился и тряхнул головой. — Что это может означать на самом простом языке? Вы не можете сказать мне, каков этот оставленный на мне знак, который вы называете печатью? Или вы не можете сказать, что этот знак может означать или предвещать?
Паша не ответил.
Роберт медленно поднялся с места.