— На, смотри!

— Восемь ауров.

Шарби только хмыкнул про себя: это же не деньги за раба его возраста и телосложения.

— Сколько? Да ты совсем мозги что ли растерял? — Калши успешно справлялся со своей ролью.

— Восемь ауров. Мальчишку придется учить всему, да и силы большой у него еще нет.

— Ну, дай хоть десять! — взмолился Калши.

— Только из уважения к Вашей Милости, — ухмыльнулся торговец и расстегнул поясной кошель.

Калши забрал деньги, икнул, обдав торговца и Шарби, вонью и пошатываясь пошел прочь, на прощанье чувствительно пнув Шарби. Мальчик искренне восхитился игрой Калши. Калши вел себя очень естественно. Видимо, он прочитал что-то в таком духе, или увидел — например, в той же «Золотой подкове». Шарби нисколько не сомневался, что он отойдет поодаль, наложит на себя невидимость и вернется проследить, все ли в порядке.

— Ну, малец, — покровительственно сказал торговец, — хоть на плантациях жизнь и не сахар, зато без вины не бьют. Считай, что тебе повезло.

— Он был неплохим господином, — вздохнул Шарби, — когда не пил и в карты не проигрывался.

— Ничего, пусть за такие деньги попробует найти хоть кого-нибудь. А ты готовься, еще сегодня мы поедем на место.

Глава 18. Загадки

Глава 18. Загадки

Хорошо, что телеги были открытыми. Шарби спокойно запоминал дорогу, которая частично шла по знакомым местам, по землям Лорда Крайверона, точнее уже не его, а его наследников. И их кольцо благополучно лежало в потайном кармане. Главная дорога обходила главное поместье с юга и вела на восток — туда, где под прямым углом сходились Срединный и Становой хребты. Все было бы хорошо, если бы не ночные кошмары. Нет, волшебник снился ему не каждую ночь, но ожидание кошмара изматывало еще сильнее. Да, можно было бы попросить Калши избавить его от снов, но Шарби прекрасно знал, что побочным эффектом будет ослабление воли, а на это идти было категорически нельзя. Поэтому он терпел, ночами каким-то образом удерживался от криков и не мог дождаться того дня, когда они прибудут в поместье и у него будет дело.

Поместье было окружено хлипкой стеной. Шарби особо не был силен в лазаньи, но какой-никакой опыт у него был, и он не сомневался, что уйти отсюда он сможет. Это мог бы и любой другой раб — да только куда идти? С двух сторон шли деревни и поместья, а с двух — безлюдные горы.

Их привезли к большому пристрою главного здания. Рабы, не дожидаясь приказов, выстроились перед входом и стояли, пока не появился какой-то человек, крепкий и рослый.

— Этих — в барак на дальнем поле, — распорядился он, указывая на прибывших рабов, — а мальчики пойдут со мной.