– Конечно, я хочу, чтобы это закончилось. Если этого не произойдет, мы все обречены, – сказала Гретти.

– Я знаю, – огрызнулась Тамура. – Если говорить о вещах, которые мы хотим закончить, то я думаю, что наш разговор закончен. – Она указала на полог шатра, и Гретти, небрежно пожав плечами, ушла.

Но в ту ночь Тамура не переставала думать о словах Гретти. Не о Бохаре и ущелье, а о самом Бездевичье и о том, что ее окончание будет означать для всех них.

Конечно, она хотела, чтобы Бездевичье закончилось. Она должна была верить, что так и будет. Однажды она снова увидит лица молодых воительниц, говорила она себе. Она споет колыбельную песню для них. Она вложит луки, копья и мечи в руки молодых девушек, только что впервые узнавших, что значит быть воином, быть частью этой гордой и могущественной традиции. Лучшие дни Скорпики не могли остаться позади. Они должны быть впереди. Всякий раз, когда она ослабевала, когда ей казалось, что она больше не в силах выдерживать нагрузки, она с нетерпением ждала того дня, когда закончится Бездевичье, когда впервые прозвучит крик нового воина. Но если этот день наступит не сразу, не раньше, чем она продвинется в другие королевства, соберет больше богатства и славы для своих сестер и дочерей-воинов – так ли уж это плохо?

Военная мощь была их главным достоянием. Если бы они использовали эту силу, чтобы посеять страх в других королевствах, они могли бы вымогать другие необходимые им активы – монеты, товары, продовольствие, еще больше воинов – и при этом предотвратить угрозу будущего насилия. Несколько ударов, пока потенциальные враги были еще слабы. Несколько решающих побед. Может быть, этого будет достаточно. Нужно было только иметь силу духа, чтобы довести дело до конца.

«Если Скорпион пожелает, – сказала она себе, – у нас снова будут девочки. Но… не сейчас».

30 Остров удачи

30

Остров удачи

516 год Всея Матери

Паксим

Виш, Эминель

Из всех Пяти Королевств в Паксиме легче всего заблудиться, думала Виш. Она посетила Бастион, когда преследовала переодетых воинов, напавших на Эминель, – решение, изменившее ход ее жизни, – но она никогда не собиралась здесь оставаться. В Виш безошибочно угадывалась воительница, и она выделялась в Бастионе, как козел среди кроликов. Паксим дал ей то, в чем она нуждалась. В те годы, когда она путешествовала с бандитами, пряча юную Эминель от опасности, анонимность была ее спасением. Но теперь, когда она предавалась усердным поискам, те же бескрайние просторы обернулись против нее. Возможно, это пошло ей на пользу. Это было ее наказанием, ее погоней. Она найдет Эминель во что бы то ни стало.