В присутствии Тарака их путешествие по лесу стало проще. Подлесок расступался перед его тяжелой поступью и булавой, словно масло под горячим ножом. Примерно за час до рассвета он сбавил скорость и жестом велел им остановиться. Они стояли перед огромным, раскидистым баньяном, ветви которого наполняли ночной воздух скрипами и шепотом. Тарак втянул носом воздух, его тело напряглось.
– Ветала? – прошептала Катьяни, и ее рука потянулась к мечу.
– Я думаю, что нет.
Дакш осмотрел узловатые ветви и обвитые веревками воздушные корни.
– Это убежище яту.
Тарак издал серию хриплых стонов, которые звучали так, как будто он задыхался до смерти.
Яту поменьше, который тем не менее был ростом с Дакша и в два раза шире него, спрыгнул с дерева и приземлился рядом с ними. В отличие от Тарака, он был чисто выбрит, а его волосы были собраны в конский хвост. Он все равно выглядел свирепым, но как-то более опрятно. Будто не хотел, чтобы волосы падали ему на лицо, пока он разделывал своих незадачливых жертв. Два яту схватили друг друга за плечи так сильно, как будто пытались их сломать. Последовал разговор, состоящий из ворчания и фырканья. Хотела бы Катьяни знать, о чем они говорили.
– Тебе следовало бы выучить язык яту, – сказала она Дакшу. – Я удивлена, что отец не заставил тебя. Прямо сейчас это чертовски бы пригодилось.
– Они не учат своему языку посторонних, – ответил он.
Меньший яту, которого она мысленно прозвала Хвостом, поманил их за собой. Они посмотрели на Тарака, но он просто указал на младшего яту и ушел.
Новый проводник повел их по узкой тропинке, которая вилась через рощу акаций. Она была такой узкой, что пройти по ней было непросто, к тому же им то и дело приходилось пробираться между нависающим ветвями и раздвигать колючие кусты, которые преграждали дорогу.
К тому времени, когда они добрались до подножия поросшего густым лесом холма, уже занимался рассвет. Хвост протиснулся в узкую расщелину, которая оказалась входом в целый подземный мир. Катьяни очутилась в огромной, освещенной огнем пещере. Пахло как в затопленном погребе – сыростью и плесенью.
Хвост поднял когтистую руку, призывая их подождать, а затем нырнул в темный проем. Они слышали, что он с кем-то говорит. Немного позже он вернулся и жестом подозвал их к себе. Они последовали за ним по узкому проходу, где пахло немытыми яту и застарелой кровью. Катьяни дышала ртом, надеясь не потерять сознание от вони.
В конце коридора мерцал свет. Они оказались в пещере, освещенной одним-единственным факелом. В одном из углов пещеры была обустроена кровать из тростника, на которой лежал яту.