– Это прямое нападение на нас, – сказал Дакш. Его голос наполнился холодной яростью. – Мой отец никогда бы этого не потерпел, и я тоже не стану.
– Что ты будешь делать? – спросила Атрейи. – Уттама нельзя беспокоить. А остальные не могут сравниться с твоим отцом в силе или власти. Мы не можем сражаться с целой армией.
Катьяни поджала губы. Сами они не могли сражаться с целой армией, но им и не нужно было делать это в одиночку.
– Есть те, кто может нам помочь. Я могла бы поговорить с королем Малва или наследным принцем королевства Соланки.
Она не знала, захочет ли ее двоюродный брат участвовать, а у Ирфана могли быть условия, которые она не смогла бы выполнить. Обе эти ставки были ненадежны.
– Нет, – быстро сказал Дакш. – Как только мы попросим помощи у других королевств, мы потеряем и наш политический нейтралитет, и имеющуюся репутацию. Это внутреннее дело Нандованы.
Вот как? У нее появилась весьма смелая, но очень даже логичная идея.
– Ты забываешь, что Нандована населена не только людьми.
Дакш нахмурился:
– Что ты имеешь в виду?
Она торжествующе улыбнулась.
– Ты забываешь о яту.
Глава 22
Глава 22
Это было очень дерзкое предложение. Сначала Дакш и Атрейи и слышать об этом не хотели. В конце концов, единственной причиной, по которой Ачарья вмешался в конфликт между Чанделой и Парамарой, было то, что Шамшер использовал яту.
– Но он использовал их, чтобы убить королевскую семью и советников, – возразила Катьяни, пока они стояли под деревом пипал. – В то время как мы попросим их никого не убивать и действовать только в целях самообороны. Нам нужно лишь схватить Бхайрава и допросить его.
– Правила ведения войны гласят, что участники боевых действий должны быть людьми, – отметил Дакш.
– Это не война, – сказала Катьяни. – Думай об этом как о расплате.