— Да! — с воодушевлением в голосе восклицаю я, — именно, что пакостником. Но теперь, как мне кажется, пальму первенства держишь ты, Кардагол.

— Почему?

— Да, потому что ты совратил весь мой штат фрейлин в полном составе. А они были девственницами, все до одной!

— Лично проверял? — усмехается Кардагол, и тут я понимаю, что жить он будет и работать тоже.

Вместе с немного пришедшим в себя волшебником выходим из палатки, а там дождь.

— Хм, — глубокомысленно замечаю я, стирая ползущую по носу каплю. Это ж надо было так увлечься общением с несчастным магом, чтобы не обратить внимания на стук капель по крыше.

— И где Горнорыл? — интересуется маг, создавая вокруг нас какую-то невидимую, но эффективную защиту от влаги.

— Хороший вопрос, — бормочу я, оглядываясь по сторонам, — полагаю, должен скоро прибыть. Пойдем к телепортационной площадке.

Площадкой это место, конечно, назвать трудно. Просто участок утоптанной земли, на которой ничего не установлено.

Вот именно там и стоят сейчас, переминаясь с ноги на ногу, десять рассерженных гномов во главе с дядькой Горнорылом.

— Знаешь что, Вальдор, — рычит он вместо приветствия, — на такой прием я не рассчитывал!

М-да, нехорошо получилось. Как-то мы забыли их встретить. А сейчас стоят вот гномы такие все насупленные, мокрые, бороды слиплись, смотрят грозно.

— Здравствуй, Горнорыл, с прибытием. Пойдем со мной.

— Вот не удивлюсь я, Вальдор, что ты специально это все подстроил!

— Что? Дождь? — удивляюсь я, приноравливаясь к неровному шагу старейшины. У него и ноги короче, и идти ему под тяжестью зачехленного огнемета тяжело. Так помимо огнемета за его спиной еще и неразлучная подружка секира висит.

— Все! — рычит Горнорыл. С ним трудно разговаривать и когда он в хорошем настроении, а когда в плохом — практически невозможно.

— Вы не правы, старейшина, — задумчиво проговаривает Кардагол, — дождь — это моих рук дело.

— В смысле? — удивляюсь я.

— Я был очень расстроен, — поясняет маг, — это случайно получилось.

Забавно. А если он будет очень рад, у нас засуха начнется? Или что? И вообще, я-то зачем с ними иду? Пусть расстроенный Кардагол сам с гномами разбирается.