— А что вы с ними сделаете, господин? — поинтересовался Хруск, видя, что девушка временно лишилась дара речи. У остальных пленников рты и так были заткнуты кляпами, ибо их изощренное сквернословие надоело йеру уже через седьмушку часа.

Приближенный равнодушно пожал плечами:

— Я? Слишком много чести. Доведем их до храма и препоручим братьям. Девку, скорее всего, там же публично и сожгут, а тваребожцев под охраной отправят в Ориту — у них должок перед Глашатаями («за выбивание которого, глядишь, и нам чего перепадет» — говорил довольный вид йера). Мы же продолжим поиски Твари, а вскоре к нам присоединится и главарь этих мерзавцев.

— Да, — запальчиво подтвердила Радда, — Брент найдет нас и освободит!

— Если он за вами вернется, — Архайн паскудно ухмыльнулся, — то я прилюдно извинюсь, что был о нем лучшего мнения. Нет, я имел в виду, что рабу уже пришла пора издохнуть. Дольше семи дней ему не удавалось продержаться ни разу.

***

— …Сидели, подлюки, в Бараньем леске, наши огороды обчищали! — петухом разливался возле стойки чернявый, достигнув своей цели: бесплатной кружки скваша. — Два парня и девка, как монахи и рассказывали. Небось они кузнецову корову и того, сожрали или в жертву Твари принесли!

— Ну наконец-то! — облегченно выдохнул хозяин. — А то я уж извелся весь, на каждого чужака с подозрением гляжу! А Тварь?

— Во! — показал руками рассказчик. — Два обережника на растянутых ремнях вели. Здоровенная, сивая, с виду — вылитый корлисс! Говорят же, что она во всякое зверье перекидываться умеет… Да можете сами сходить поглядеть, еще успеете догнать — их по дороге на Лесье потащили!

У Брента зазвенело в ушах, отрезая его от дальнейшего разговора, да и от мира вообще. Остался только он — и лихорадочно скачущие в голове мысли.

Бродяги и йер двигались в противоположные стороны.

До чего же все-таки полезная вещь — клятва. Дал ее — и навеки избавился от мук выбора, точно зная, как тебе надлежит поступать.

Вот судьба все за него и решила.

Если он отправится спасать — ха-ха! как он себе это представляет?! — непрошеных спутников, то почти наверняка упустит Привратницу, и второго шанса догнать ее не представится.

Как и времени. Сколько ему еще осталось — день, час? Или счет уже пошел на секунды?!

Брент залпом допил скваш, словно испугавшись не успеть. Уставился на кружку. Глиняная, щербатая, с надколотой ручкой, которую один придурок шутки ради спер из едальни, второй невесть зачем тащил в котомке даже через Границу, а третья старательно оттерла песком у ручья, обнаружив под налетом вековой грязи грубо выжженный рисунок: две чокающиеся кружками же руки.