– Почему?

– По тебе видно, – улыбнулась женщина, но лёд не растопила.

– В астринге не должно быть посторонних, – проворчал Галилей.

Однако не был услышан.

– Ты заметил меня не сразу, а я не сразу тебя позвала, – продолжила Аурелия, словно не заметив ответа астролога. – Наблюдала за тобой через приоткрытую дверь и была немного удивлена.

– Чем?

– Тем, как ты смотрел на астринг.

Квадрига вздрогнул. Но промолчал. Отвернулся и подошёл к рабочему креслу.

– Как будто он больше не твоя любимая игрушка, – продолжила ведьма.

– Астринг никогда не был моей любимой игрушкой, – ответил Галилей. Хмуро, но всё-таки ответил. Не глядя на женщину. – Астринг очень быстро стал частью меня, ещё в Академии, но у астрологов иначе не бывает: или астринг становится тобой, или нужно искать другую работу. Однако сейчас… – Галилей провёл рукой по подлокотнику кресла, и Аурелия вдруг поняла, что он избегает касаться металла, гладит кожаную обивку и убирает руку, когда ладонь оказывается слишком близко от астрелия. – Сейчас ты неправильно поняла мой взгляд, ведьма, я смотрю на него так, потому что удивлён тем, что он, будучи органичной частью меня, находится вне меня. Ведь мы едины.

– Ты чувствуешь его? – тихо спросила Аурелия.

– Абсолютно.

– А себя?

Этот вопрос вновь заставил Квадригу вздрогнуть. И решить, что он напрасно разоткровенничался.

– Не заводи этот разговор, ведьма, – холодно произнёс астролог. – Во всяком случае – сейчас.

– Я обязана завести этот разговор, Галилей. Я – офицер «Пытливого амуша», и я обязана исполнять свои должностные обязанности наилучшим образом.

– Вот уж не ожидал, что ты так скажешь. – Квадрига криво улыбнулся, но стоял он спиной к женщине, и получившуюся гримасу Аурелия не увидела.

– Потому что я – ведьма?

– Да. Потому что ты – ведьма, и ты – спорки. А вы всегда сами по себе.

– Я дала слово мессеру, и я его не нарушу, – твёрдо сказала Аурелия. – До конца похода я – офицер «Пытливого амуша» и буду честно исполнять свои должностные обязанности. – Совсем короткая пауза, и быстрый, как выстрел, вопрос: – А ты?