— Сказано: «В сражении любое решение ведёт к смертям». Тебе не следует тревожиться, — подытожила Хель, отвечая на так и не высказанные Кристиной мысли.

— Вот утешила так уте…

Ещё один крик, долгий и протяжный, заставил её замолчать и вжать голову в плечи. Следом до ушей донёсся почти неразличимый из-за расстояния звук удара — как если бы что-то мягкое, но тяжёлое, подняли в воздух и силой швырнули на землю — а затем воздух взорвался целой серией душераздирающих воплей, затухающих в судорожных хлюпающих хрипах. Последнее казалось особенно странным: всё указывало на то, что люди умирали не по одному, но даже рах не может находиться сразу в нескольких местах одновременно…

Кристина не заметила, как с губ сорвалось короткое ругательство; в следующую секунду она уже со всех ног неслась к распахнутым настежь воротам. Внутренний голос вновь трусливо запищал, что отрываться от группы было крайне неудачной и рискованной затеей, но ему пришлось смириться с тем, что слушать его никто не собирается.

Резко затормозив на самой границе между светом и тьмой, под нависающей над головой деревянной площадкой, она выглянула наружу. Глаза быстро привыкли к темноте, однако разглядеть хоть что-нибудь, кроме неясных очертаний деревенских домов и хозяйственных построек так и не удалось — Кристина скорее угадывала их расположение. Впрочем, искала она совершенно другое.

Наконец, ей показалось, что темнота там, где заканчивались предместья и начиналась разбитая грунтовая дорога, тянущаяся к Формо, была несколько плотнее, чем в других местах. В тот же самый момент она ощутила присутствие Хель и, ничего не объясняя, мотнула головой в сторону деревни:

— Видишь, чувствуешь что-нибудь необычное?

— Там люди, — Хель уверено указала куда-то во тьму. — Сложно назвать точное число. Немало. Многие собрались в двух местах, остальные скрываются в домах.

— Большие группы — те, кому хватило места в убежищах, — кивнула Кристина. — Остальные — те, кому повезло меньше. А у выхода из деревни?

— Движение, — мгновение спустя ответила Хель — и вдруг голова её начала вопросительно клониться к плечу.

Кристина тут же бросилась назад, туда, где остались недоумённо наблюдающие за её действиями гвардейцы. На месте она не глядя сунула копьё кому-то из них, подхватила с мостовой светильник и что было сил понеслась назад. Вбежала по крутому пандусу, сложенному из грубых раскачивающихся под ногами досок, и высоко подняла светящуюся бутыль над головой.

— Не добивает… — разочарованно цокнула она языком: свечения импровизированной лампы хватило лишь на первые пятнадцать метров грунтовки, в то время как деревню по-прежнему укутывала непроницаемая тьма.