Бад Колхаун улыбнулся и, откинувшись на спинку стула, потер руки.

– Все идет как надо. У меня есть пара моделей, которые можно будет испытать у Л-36-гo, как только выдастся ночка потемнее.

– А они пройдут через ограждения Заводов? – спросил Лэшер.

– Пройдут как миленькие, – сказал Бад, – и даже тревоги не вызовут.

– А какая разница, подымут они тревогу или нет? – сказал Финнерти. – Ведь тогда вся страна полетит вверх тормашками.

– Это я сделал на всякий случай, – сказал Бад. – У меня также есть идейка, как состряпать одну такую штучку, которая даст ток в телефонные провода, и, когда охранники попытаются позвонить и позвать на помощь, их шибанет так, что они не скоро опомнятся! – Он весело рассмеялся.

– Я полагал, что мы просто перережем телефонные провода.

– Можно, конечно, и так сделать, – сказал Бад.

– Чего мы от вас хотим, – сказал Лэшер, – это проекта хорошего, практичного и дешевого броневика, который сможет прорваться сквозь заводские ограждения, притом такого, чтобы люди по всей стране могли смастерить его очень быстро из автомобилей, выброшенных на свалку, и листового железа.

– Это уже готово! – сказал Бад. – Но мне пришла в голову еще одна интересная мыслишка. Я, понимаете, хочу сделать такую…

– Мы с вами поговорим об этом после собрания, – сказал Лэшер.

Бад какое-то мгновение выглядел разочарованным, но тут же принялся чертить что-то на обрывке бумаги. Пол разглядел чертеж бронеавтомобиля, к которому Бад сейчас добавлял антенну, радарную установку, шипы, цепи и прочие страшные орудия уничтожения. Бад встретился взглядом с Полом и кивнул ему.

– Очень интересная проблема, – пробормотал он.

– Ну хорошо, – сказал Лэшер. – Теперь относительно вербовки. Д-71, у вас есть что-нибудь для нас?

– Он в Питсбурге, – сказал Финнерти.

– Верно, – сказал Лэшер. – Я совсем забыл. Он там пытается узнать, не сможем ли мы использовать тамошнюю организацию Лосей.

Люк Люббок несколько раз откашлялся, прочищая горло, и разложил перед собой бумаги.

– Сэр, он поручил мне вместо него доложить собранию обстановку, сэр.

– Давайте.

– У нас есть по одному своему человеку в каждой из секций королевских пармезанцев. В общем это составляет пятьдесят семь секций.