Вообще, я тут нечасто бываю: зимой от силы раз в месяц, а летом пару раз в неделю. Иногда, уезжая и приезжая, тарахтел мотором «Вятки», местные могли и запомнить. Вчера приехал поздно вечером, фонарь как раз не горел.

А ездил я за находками. Вот ведь чёрт, даже в тайники не убрал: большая часть в земле была, хотел почистить. На стеллаже лежали советский ППС-43 в отличном сохране, патроны и переносная немецкая рация: батареи дохлые, а сама коробка вроде ничего. Я в кружке радистов полтора года занимаюсь, разобрался уже. Контакты почищу, свежее питание – и заработает.

Как вы уже поняли, я нашёл схрон немецкого радиста. А нашёл на чердаке старой бани на развалинах хутора, который находился в десяти километрах от окраины города. Рядом были правительственные дачи, среди них и дача генерала Левашова. Я ещё тогда этот схрон нашёл и сейчас со скуки этот хутор изучил. Вообще, думал, его раньше найдут, а скатался, проверил – и гляди, лежит под ветхими тряпками. Чудом сохранился. Рюкзак погрызен, а так в порядке.

Вот только непонятно, что ментам здесь нужно. Быстро взлетев на чердак ближайшего дома, я через слуховое окно стал изучать, что за следствие там ведётся. Вещи какие-то достают, досматривают, описывают. О, мотоцикл-одиночку выкатили. Понятно, воровской отстойник, вещи тут прятали. Ну да, самое место.

Главное, чтобы по остальным сараям не пошли, взламывая замки. Если старший прикажет, вызовут владельцев, а те сараи, владельцев которых не найдут, взломают, а потом опечатают. Вполне могут, я так думаю. А если найдут прежнего хозяина, он скажет, кто купил. Счёт по электричеству я плачу по Лёхиным данным. Он сейчас служит, я пару раз письма ему писал, как бы под него копать не начали.

Ну точно, начали искать владельцев остальных сараев. Участковый забегал. Он у нас в детдоме бывал пару раз, я его запомнил, это его район. Нашли парочку владельцев, которые среди зевак были, и пока досматривали их помещения, я метнулся наружу. В стеклянную бутылку, подобранную тут же, слил бензин из милицейского мотоцикла, просто выдернув шланг из карбюратора. Бензин был мутный, явно смешанный.

Вернувшись на чердак, я заткнул горлышко бутылки ветхой тряпицей, найденной там же, дал ей пропитаться, потом поджёг спичками, которые всегда ношу с собой (вещь нужная), и, размахнувшись, кинул так сильно, как только мог. От дома, где я находился, до сараев было метров двадцать, и я был выше.

Добросил. Бутылка не разбилась, но горевшая тряпка выпала, и пока бутылка катилась, расплёскивая содержимое, от тряпицы всё и загорелось. Менты и зеваки сначала с недоумением поглядывали: что такое на крыше грохотало? Когда пошёл дым, они забеспокоились, а как пламя взметнулось, забегали.