Ксандер повернулся к нему, и на его лице была написана тревога – не страх или волнение, а именно тревога, как будто он только что сообразил что-то несколько неприятное.

– Мэтр, но – понимаете, там сейчас…

– Открывай же! – вдруг рявкнул мэтр.

Ксандер чуть пожал плечами и открыл.

Наступила пауза. Долгая, хотя и объяснимая: через порог хлынула вода, щедрой волной, прямо из какой-то комнаты, где сквозь стены из досок проглядывало солнце, и беспрепятственно залила всё, что было по эту сторону двери.

Одиль нарушила молчание – и плеск – первой.

– Я тебя убью, ван Страатен.

Шагнувший через дверной проем Ксандер на это обернулся, и лицо его сияло так, что она почти его простила. Впрочем, этот свет померк, как только он обозрел залитый водой кабинет, её саму, стоящую по колено в воде – холодной, будь неладно Северное море! – и мэтра, резво уберегшегося от влаги, залезши с ногами на свое кресло.

– Мэтр, я пытался предупредить про прилив!

– Закрой чертову дверь!

– Мальчик мой, но ведь всё удачно!

Ксандер поспешно дверь захлопнул – или настолько поспешно, насколько позволила вода. Впрочем, штаны – самые удобные, любимые, как на грех – всё равно выжимать. Про туфли, выбранные ей этим утром по тем же параметрам, Одиль предпочла не думать.

– Прекрасно, Ксандер! – восклицал тем временем мэтр, предусмотрительно не спускаясь вниз со своего убежища. – Прекрасно, мальчик мой! Что это было за строение, кстати?

– Это недалеко от нашего дома, – пояснил фламандец, старательно не глядя на Одиль. – Мы с братом там играли. В отлив там вполне сухо, но вот в прилив… Но я же не знал, что вы скажете… прямо так.

– А про прилив знал? – прищурился мэтр.

– Конечно, – отозвался Ксандер так, будто это само собой разумелось.

– Любопытно… впрочем, неважно, главное – вы справились. Теперь вы, моя девочка. Вы уже придумали, какое место выберете?

Ещё бы. Буквально пару минут назад.

– О да.

***