— Детка, я скоро приеду, — севшим голосом пробормотал я, после чего сразу нажал отбой.

Бесцельно пялясь в пространство, еще какое-то время я просидел на одном месте, а затем завел двигатель и поехал назад.

Оказалось, что Терри и Лора давно проснулись и теперь с волнением дожидались меня. Связи ни у кого из них не было, поэтому чтобы дозвониться, им тоже пришлось блуждать по переулкам вокруг дома. Там я их и встретил. Обе выглядели обескураженными и напуганными. О нападении на лагерь они уже знали.

К конечной цели нашего утомительного путешествия мы добрались далеко за полдень. На дорогах происходило настоящее столпотворение, приходилось подолгу стоять в пробках. Помимо того, на бесчисленных блокпостах нас ждали проверки, досмотры и гора идиотских вопросов. Все было как и два с лишним месяца назад.

От происходящего во мне зрело чувство слепой ярости. Не в силах сдерживать себя, я стучал кулаком по рулю и разражался матами на подрезающих меня других водителей. После того, как я чуть не взорвался, споря с очередным парнем в военном обмундировании, Лора мягко убедила меня пересесть на заднее сиденье.

Теперь в машине стояла еще более гнетущая атмосфера. Разглядывая хаос на улицах многомиллионного города, я со злобой смотрел в окно и то, что я там видел, повергало меня глубочайший шок. Он очень переменился с тех пор, как я впервые побывал здесь несколько лет назад.

Тогда город напоминал гигантский организм с четко отлаженной работой органов, по артериям которого в строгом порядке движутся потоки людей и машин. Он ошеломлял высотой небоскребов, красотой и величием архитектурных объектов, буйством звуков и запахов, а также особым, только ему присущим темпераментом. Создавалось впечатление, будто он никогда не затихает, а на его наполненных неисчерпаемой энергией улицах в любую секунду происходит какое-то новое событие. Сейчас все изменилось.

Город был такой же огромный и шумный, но теперь это был другой шум. Панический. Оглушающий. С примесью надвигающейся опасности и страха.

Все здесь гудело, словно в клокочущем жерле ядерного реактора, а сам он походил на клубок свившихся в безудержной брачной вакханалии змей. Улицы были охвачены беспорядками, баррикады из бетонных блоков и военная техника перекрывали движение, горы мусора и отходов источали жутчайшую вонь, а разношерстное, большей частью озлобленное и воинственно настроенное население добавляло его облику сюрреалистичности.

Внутри его рубежей все боролось за место под солнцем, был занят каждый свободный клочок земли. И люди, и животные спали где придется — на тротуарах, на лавочках, на остановках, даже возле мусорных баков… Приехав сюда, мы угодили в подлинную клоаку.