Переходя от прошлого к будущему, Эдна в общем виде сформулировала те цели, которых она хотела бы достичь за время своего правления. Речь принцессы была простой и понятной, лишенной какой-либо нервозности или смущения. Всю свою жизнь принцесса Эдна готовилась к тому дню, когда будет провозглашена новой Императрицей. Поэтому сегодня и ее внешний вид и манера держаться были почти идеальными. Все те, кто слышал ее речь в этот вечер — а надо сказать, что принцессу слушало огромное количество людей во всей Империи, независимо от местного планетарного времени, — не сомневались в способностях Эдны управлять самой большой Империей из всех, которые удалось когда-либо создать за всю историю человечества.
Во время своей речи Эдна не позволила себе даже легким намеком сообщить слушателям о том, что Империи грозило нападение со стороны космического флота заговорщиков, который по своей боевой мощи мог бы, пожалуй, сравниться с собственно Имперским Космическим Флотом. В этот вечер речь шла только о положительных моментах развития государства и на лицах присутствующих можно было видеть только улыбки.
После того, как трансляция речи принцессы закончилась, в публичном освещении церемонии коронации наступил перерыв, хотя сама церемония продолжалась в соответствии с традициями. Согласно принятому ритуалу, вновь назначенная Императрица и ее супруг должны были провести эту ночь бодрствуя, соблюдая пост и медитируя. Отчасти это было весьма практичным предписанием, так как в любом случае вряд ли кто-то из будущих правителей мог бы заснуть в ночь перед коронацией. Напротив, любой из них был бы только рад возможности еще раз отрепетировать свою роль в тех торжествах, которые должны были состояться на следующий день. В случае с принцессой Эдной часть этой ночи ей предстояло посвятить консультациям со своими главными военными советниками для того, чтобы выработать план пресечения грозившей Империи агрессии. Остальное же время она действительно решила оставить на медитацию под руководством своего супруга Ли, мистика с планеты Анарес. Они вдвоем провели несколько часов, стоя на коленях на полу лицом друг к другу в слабо освещенной комнате, окруженные слугами и придворными. Царственные супруги держали друг друга за руки, не произнося ни слова. За те несколько месяцев, что прошли со дня их свадьбы, Эдна и Ли настолько хорошо изучили друг друга, что зачастую для полного взаимопонимания им не нужны были слова.
Незадолго перед восходом солнца медитация была завершена. Императорскую чету провели в банкетный зал, где для них был устроен роскошный пир. В соответствии с обычаями им дозволялось лишь понемногу попробовать каждое блюдо. Причина заключалась в том, что царственная чета в течение этого долгого дня должна была присутствовать на многочисленных застольях и обильная еда могла вызвать утомление, а то и боли в желудке. Вот почему выбор блюд и размер порций для Императрицы и ее супруга во избежание неприятностей предварительно согласовывались с императорским врачом.
После трапезы Императрица и ее супруг разделились для ритуального омовения и переодевания. Каждый из них был умащен благовониями и духами, после чего торжественно облачен слугами в платья для коронации. Официальные костюмы для коронации будущей Императрицы и ее супруга были сшиты несколько веков назад,, еще на заре образования Империи. Эдна была одета в белое шелковое платье с трехметровым шлейфом, поверх которого на ней была накидка из золотой парчи, довольно тяжелая от множества драгоценных украшений. На плечах у нее лежала алая мантия, отделанная по краю горностаем. Волосы у Эдны были непокрыты и свободно ниспадали на спину до самой талии.
Ли был в алом камзоле с большим вырезом на груди, открывавшим взору ослепительно белую рубашку. На нем не было никаких драгоценностей, а меховая опушка его камзола была из норки. Талию супруга Императрицы стягивал пояс в виде золотой цепи, на котором висел меч с золотой наборной рукоятью, украшенной драгоценными камнями — ритуальный меч супруга Императрицы. Так же, как у супруги, голова Ли осталась непокрытой.
После того как процесс переодевания к коронации был окончен, императорскую чету провели к парадному входу дворца в Лос-Анджелесе, где их ожидал экипаж, который должен был доставить супругов в Бладе-тар-холл. Это была настоящая карета, запряженная шестеркой белоснежных лошадей. Карета была сделана из позолоченного дерева и украшена множеством драгоценных камней. Дорога от дворца до Бладстар-холла с использованием такого примитивного транспортного средства заняла почти четыре часа и на протяжении всего пути карету встречали толпы восторженных граждан Империи, которые старались протиснуться вперед и вытягивали шеи, чтобы хоть одним глазком увидеть свою новую государыню. Эдна приветствовала своих подданных взмахом руки и к концу пути боялась, что она отвалится от перенапряжения. Эдна и Ли разбрасывали по сторонам мелкие монеты, отчеканенные казначейством специально ко Дню коронации принцессы Эдны.
Когда экипаж наконец подкатил к Анджелес-Диего, царственных супругов встретил лорд Бладстар. В руках у него был церемониальный меч Империи. Он знаком показал Эдне и Ли остановиться, после чего начался ритуальный обмен вопросами и ответами, в конце которого лорд Бладстар объявил Эдну законной повелительницей Империи. Держа ритуальный меч перед собой, он повел Эдну вверх по лестнице, к парадной двери, у которой лорд во всеуслышание объявил о том, что вновь избранная Императрица прибыла в Бладстар-холл для встречи с лордами и леди Империи.
Эдна приняла меч из рук лорда Блад стара и началось ее медленное шествие через зал, в процессе которого присутствующие благородные сограждане поднимались со своих мест при ее приближении, чтобы взглядом поприветствовать Императрицу. В это время по всей Галактике триллионы людей, буквально прилипнув к экранам своих тривизоров, наблюдали за грандиозным спектаклем, находясь дома, на работе или в любом другом месте, где они оказались в этот момент. За Эдной следовала свита из фрейлин, которые несли шлейф платья Императрицы. Затем со своей свитой следовал ее супруг Ли, замыкал процессию лорд Бладстар.
Обычно архиепископ Земли в одиночестве поджидал будущего Императора, стоя на помосте. Это было следствием того факта, что за всю историю Империи крайне редко случалось, чтобы на коронации одновременно присутствовали и старый Император и его наследник. Сегодня же на помосте вместе с архиепископом находился Уильям Стэнли. Старый Император был облачен в белый шелковый балахон типа савана — эта одежда в соответствии с обычаем должна была символизировать его официальную «смерть», в результате которой Эдна получала законное право наследовать ему. В руках Уильям Стэнли держал большую государственную печать, с которой преднамеренно был удален рисунок. Это по традиции должно было означать, что он больше уже не мог заверять государственные акты и законы в качестве Императора, его правление на этом заканчивалось. У Эдны будет собственная официальная печать. В каждый момент времени в Империи мог существовать только один носитель верховной власти, так как в противном случае всю Галактику мог охватить хаос.
Уильям Стэнли стоял на помосте с гордым видом и наблюдал затуманенным от слез радости взором затем, как его дочь совершала свое долгое шествие от дверей церемониального зала к помосту — точно такое совершил и он сам сорок шесть лет назад. Картины отдаленного прошлого — радостные и печальные — молнией проносились у него в голове, пока старый Император ожидал приближения наследницы к помосту и не чувствовал ни малейшего сожаления из-за решения отречься от престола и передать верховную власть в руки Эдны. Он довольно давно наблюдал за успехами дочери и был уверен в том, что она будет умной и честной Императрицей. Многие ли монархи в течение своей жизни имели счастье быть уверенными в способностях своих наследников?
И вот Эдна уже добралась до основания помоста и стала подниматься по ступеням, сопровождаемая фрейлинами и соблюдающая предельную осторожность, чтобы ненароком не оступиться в столь непривычном одеянии. Столь торжественный момент ни в коем случае нельзя было нарушить какой-нибудь обыденной оплошностью. Добравшись до верхней ступеньки лестницы, Эдна прошла в центр помоста, возложила ритуальный меч на алтарь рядом с государственной короной, которая уже находилась там, и, склонив голову, встала на колени. Фрейлины сняли с плеч Эдны мантию и тут же отступили назад, к лестнице. Архиепископ встал справа от Эдны, а ее отец — слева. Эти два человека в один голос объявили о начале церемонии коронации.
Супругам д’Аламбер практически так и не удалось увидеть ни одного из этапов церемонии — ведь их обязанностью бьыо внимательнейшим образом следить за поведением зрителей, а не за самим действом. Именно в этот момент их неожиданно заменили двое других сотрудников, которые передали Жюлю и Ивонне распоряжение отправиться в помещение, временно отведенное для координатора Службы полковника Таканабе. Удивленные и до некоторой степени обеспокоенные этим обстоятельством, они немедленно подчинились.