— Моей задницы, — рассмеялась она с насторожившей его готовностью, — на дюжину таких, как ты, хватит.
— Это ты загнула, — ответил Гаор, расстёгивая и снимая куртку.
Возле кровати стоял маленький переносной столик, а на нём… каша, кружка с чаем, хлеб… Она что, ждала его? Совсем интересно.
— Точно, дамхарец, — перехватила она его взгляд. — Иначе, думаю, тебя не заловить и не заманить. Вечно ты у хозяйской ноги.
— За плечом, — поправил её Гаор. — Я ж телохранитель, где мне ещё быть?
— А мне по хрену где ты у него. Мне важно, где ты со мной. Понял?
— Чего тут непонятного. И давно это с тобой?
— Тебя хочу? Давно. Да пока ты в третьей был, не с руки как-то. А сейчас, — она по-свойски подмигнула ему, — и по-семейному можно. Не чужой ты теперь.
Это было нечто новенькое и весьма интересное. Тем более, что под разговор он разделся, сел на кровать и принялся за еду.
— А зовут тебя как? — поинтересовался он между двумя ложками каши, густой, ещё тёплой и даже с каким-то
Она рассмеялась.
— Вербочка я.
— Хорошее имя, — вежливо одобрил Гаор. — Так о чём поговорить хотела?
— Потом, — отмахнулась она, внимательно и как-то выжидающе наблюдая за его трапезой.
— Потом не до разговора будет, — усмехнулся Гаор. — Ну?
— О Вьюнке.
Гаор сразу и удивился, и тут же, как ему показалось, сообразил.
— Он что, твой…?
— Ну да, — кивнула она.