И замолчала, будто ожидая его вопросов. Гаор решил подыграть.

— Кто велел?

Первушка молчала, разглаживая на колене халат.

— Ну, чего ты? — не выдержал Гаор. — Сама разговор затеяла, а теперь…

— Второй Старый, — наконец сказала Первушка. — Он хочет, чтобы тебе хорошо было.

Гаор сцепил зубы, глотая рвущуюся наружу ругань. А Первушка продолжала:

— Вчера к Самому прицепился, он редко вот так, но уж тогда сразу и за всё. Ну, и среди прочего и про тебя вспомнил. Ты же личный, полукровка, а тебе, — она усмехнулась, — положенного недодают. Ну… чего молчишь, Дамхарец?

Гаор протянул ей пакет со льдом.

— Держи, спасибо. А что я сказать должен?

Она пожала плечами.

— Ладно, ступай.

В спальне Гаор быстро переоделся и на ужин пошёл со всеми. Сел на своё обычное место, а после ужина специально пошёл в курилку. К его удовольствию, отношение к нему, во всяком случае, внешне не изменилось. Те же молчаливые кивки, скупые разговоры. И в ремонтной, где он привычно готовил себе на завтра форму, ничего нового ни во взглядах, ни в отношении к себе он не заметил. Что ж… как говорится? А, вспомнил! «Сначала ты работаешь на репутацию, а потом репутация на тебя». И уже совсем спокойно, ни на кого не обращая внимания, он сходил в душ, разобрал постель и лёг. Вьюнок, как всегда бегавший за ним по пятам, тут же ловко нырнул под одеяло, ткнулся головой к нему в подмышку.

— Повернись и спи давай, — строго сказал ему Гаор.

— Ага, — шепнул Вьюнок, но вместо того, чтобы лечь, как Гаор его уже приучил, спина к спине, ловко пополз вверх, пока не уткнулся губами в его ухо, и зашептал: — Я тебя ждал, ждал…

И Гаор не выдержал.

— Обижали тебя тут без меня? — спросил он шёпотом.

— Нет, — не сразу, но убеждённо ответил Вьюнок, — и не подкладывали ни под кого, я один спал, — и вздохнул.

И Гаор, не удержавшись, свободной рукой потрепал маленькую головку, взъерошив жёсткие прямые волосы, но сказал чуть строже.

— Всё, сползай и спи.

И решительно повернулся на бок спиной к Вьюнку.