Последнее было чем-то новым и требовало осмысления. Похоже, первая спальня относилась к Мажордому далеко не с тем уважением и страхом, что третья, или… или что-то и впрямь изменилось. Но расспросы и здесь не полагались, да и некого ему было расспрашивать. И незачем.
Потому что снова началась сумасшедшая гонка по обмёрзшим дорогам вокруг Аргата, перемежавшаяся долговременными сидениями в подземном гараже Дома-на-Холме, а после них… вот аггел, ведь ничего нет, ну, подумаешь, ну, посидит он в машине, ну… а всякий раз рубашку хоть выжми и волосы в поту, противном холодном поту страха. Он боялся. Что в любой момент оживёт динамик и вызовет его к пятой двери, а за ней мешок на голову и всё заново. А второго раза ему не выдержать.
А что в первой спальне хорошо, так это перегородки между кроватями. Зашёл, разделся, лёг и никого не видишь. И накласть ему на них всех с их закидонами и приколами. По хрену ему их игры!
Но его заставляли в них участвовать. И так подводили, что отказаться он не мог…
Выезд утром, ресторан, Дом-на-Холме, «Парадиз», «Розочка», гонка по кольцу для протрезвления, «Охотничий» и в «Орлиное Гнездо», а сухого пайка ему теперь не дают, и он голодный и усталый как… и слова-то сразу не подберёшь. Сильно за полночь Гаор ввалился в рабскую казарму вполне готовый к тому, чтобы врезать первому встречному. Даже Вьюнку. Но его встретила та, в бордовом. Сейчас она была в расхожей тёмно-серой рубашке на голое тело и окликнула его из полуоткрытой двери будуара, когда он проходил в спальню.
— Дамхарец…
— Чего тебе? — буркнул он.
— Не ори, глотка лужёная. Зайди на дольку.
— Ошалела? — удивился Гаор. — Я с выезда. Не жрал ещё.
— Зайди. И поешь, — она усмехнулась, — и отдохнёшь, и удовольствие получишь.
Гаор невольно остановился, думая, как бы её отшить, но, чтобы в будущем были варианты. Так откровенно его ещё здесь не зазывали, да и не хотел он с ней ссориться. Она бесцеремонно вышла в коридор, показав ему, что кроме рубашки на ней ничего нет, схватила его за рукав куртки и с неожиданной силой вдёрнула в будуар.
— Давай, сейчас и успокою тебя, и взбодрю. И поговорить мне с тобой надо.
— С одной задницей на всех ярмарках пляшешь? — усмехнулся Гаор, поддаваясь её рывку.