Медленно кирпич выдвигается из стены, наподобие ящика. Плывет вниз. Опускается при помощи какого-то невидимого механизма на землю.
Присматриваясь, понимаю, что это не кирпич, а гроб. Такой же я видела в одном из фрагментов своих воспоминаний, когда Герой душил меня и мой мозг балансировал на грани бессознательного.
Я поднимаю глаза. В стене напротив и вокруг меня сплошь одни кирпичи. Гробы. В них покоятся тела? Не хочу и думать об этом.
Все мое существо вопит:
Верхняя пластина втягивается, как крышка, и…
И…
Нет никаких «и».
«И» означает незавершенный. «И» означает ищущий.
Раньше я была и тем и другим. Незавершенной и все еще ищущей.
Но сейчас…
Горячие слезы затуманивают глаза. Тем не менее я вижу ее.
Вижу так же отчетливо, как в своих снах. Даже
Я едва сдерживаю рыдания и шепчу ее имя.
30
30
При наличии цели бот был способен самостоятельно разработать план для ее достижения. Со временем у него появляются воспоминания в соответствии с представлением о себе.
Его представление о себе – главное. Бот видел себя защитником, превыше своего выживания ценил жизнь людей. Когда Земля станет пригодной для повторного заселения, он будет упорно искать их, пока не найдет, потому что мысль о существовании без человека для него невыносима.
В отличие от Кейси, он был идеальным подобием homo sapiens. Она позаботилась об этом.
Бот катился к ней по сцене, и Кейси повторила:
– Эта команда: «Найди меня».
IIII IIII IIII IIII IIII IIII I
– Кей…
Тянусь к ней и останавливаюсь, сдерживая слезы. Замечаю, что она отличается от той шестнадцатилетней, которую я помню. Теперь она старше. Ей около двадцати. Волосы короткие,
Но разве имеет значение то, как она выглядит? Она – Кей.
Меня затопили не воспоминания, а эмоции. Любовь и боль от того, что не могу разделить ее мир. Знаю, мы всегда будем рядом в самые важные минуты нашей жизни.
– Кей, – мой голос дрожит, – открой глаза, милая.
Она открывает.
Мой страх последних трех лет, что я забуду ее или умру прежде, чем найду, испаряется. Наши взгляды встречаются.
Кей улыбается:
– Ты наконец-то нашла меня.
32
32
– Бот стремится к счастью?
– С эмоциями?
– Это нарушение Акта Эстер!
Люди всегда констатируют очевидное.
– Вы предпочитаете, чтобы это был человек? – раздался голос Актиниума. Аудитория притихла. – Думайте об эксперименте, как о клиническом испытании. Прежде чем выйти в массы, бот протестирует лечение. Кто-нибудь хочет стать добровольцем вместо него? Подопытным кроликом?
Молчание.
– Полагаю, что нет.
– Счастливые эмоции для бота – всего лишь средство для достижения поставленной цели, – добавила Кейси, которая, в отличие от Актиниума, не отличалась терпением.
Бот продолжал движение по сцене.
– Как только он выполнит команду «Найди меня»…
Бот приблизился к девушке.
IIII IIII IIII IIII IIII IIII III
Но объятий нет и нет слез. По крайней мере, со стороны Кей. Она сидит с открытыми глазами не двигаясь. Понимаю: ей требуется время и пространство. Однако мое беспокойство растет, и я больше не в силах молчать.
– Ты в порядке?
Она делает вдох, напоминая мне о том же.
– Да.
Поднимает руку и медленно скрючивает пальцы.
– Побочный эффект…
Она замолкает.
– От?..
– Садись, Си.
– Хорошо…
Я оглядываюсь в поисках стула.
– О’кей…
Перед гробом из-под земли вырастают четыре вентиля, рассеивая красные лучи света, которые, пересекаясь, образуют гамак.
– Сядь, – повторяет Кей.
Я ей доверяю, но все же, садясь в люльку, невольно готовлюсь к приземлению на попу. Надо же, не падаю. Мне становится смешно: сижу на дне моря на каком-то стуле из пучков света и вижу перед собой Кей в гробу. К тому же сейчас она
– Мне казалось, что мы жили в городе на небе. Понимаю, звучит нелепо.
«
– У меня были проблемы с памятью, но я думала, что…
– Расскажи мне о своей жизни на острове, Си.
– Ох.
Что-то во мне обрывается. Не знаю, что и почему.
– Все было хорошо, – отвечаю, пожимая плечами. – Не люкс, конечно, но в целом неплохо.
Кей кивает, на самом деле не слушая. Она смотрит на… проекцию, которая поднимается из-за гроба. Теперь нас разделяет полупрозрачное изображение графиков и чисел.
«Голограф!» – радостно вспоминаю я.
Кей хмурится.
– Показания калорий слегка занижены…
– О, да. Была небольшая проблема с таро…
– Но уровень счастья… – она хмурится сильнее, – Си, что-то случилось?
– Не думаю, – я пытаюсь подражать Кей, щурясь на графики, но цифры с моей стороны перевернуты. – Что не так, милая?
– Этот скачок здесь, – она снова говорит сама с собой.
Перевожу взгляд на график: плавная ровная линия вдруг резко устремляется вверх.
– Прошло девятьсот восемьдесят девять лет. – бормочет Кей. – Близко к предполагаемой дате. Вот только этот всплеск… возможно, пару лет спустя… Си!
Под ее цепким взглядом стараюсь держать спину ровнее.
– Ты уверена, что ничего необычного не произошло, пока ты жила на острове?
– Необычного… например, способность вновь различать цвета?
Она качает головой:
– Что-нибудь еще?
– Лунатизм?
– Нет, это было бы…
Опять бормотание. Насколько помню, Кейси никогда не думала вслух. Она потирает правое запястье, будто хочет унять боль. Такого жеста я раньше за ней тоже не замечала.