– Насколько длинная эта пещера? Не будут ли живоеды нас поджидать?
Малакай обернулся и посмотрел на нее: волосы на его голове спутались. В его глазах по-прежнему играли дикие огоньки, посылавшие ей какой-то странный импульс.
– Это не пещера, агент Д.И.С.К. В каньонах Медеи много искусственных туннелей, которые Авиационное командование использовало для учений задолго до того, как преступники выгнали их с базы. Этот туннель длиной в несколько километров. Он выведет нас далеко от каньона. И живоедов.
Аури впервые задумалась, в каких войсках служил Малакай. Каждый гражданин должен был посвятить один год базовой подготовке, а другой – службе. Универсальные тесты для поступающих на военную службу определял род войск на основе интеллекта и потенциала. Этот мужчина явно был умен и уравновешен, к тому же знал местные тренировочные маршруты. Возможно, он служил в Авиационном командовании. Но почему-то такой вывод никак не вязался с образом Малакая.
Она выдохнула и опустилась на разодранную подушку на спинке сиденья. Рядом с ней Бёрди тяжело дышала и зевала.
– Все в порядке, – успокоила ее Аури, потянувшись, чтобы погладить загнутое назад ухо.
Темнота вокруг шаттла была такой полной, а туннель таким беззвучным, что Аури потеряла счет времени. По венам все еще растекались адреналин и недоверие. Почему на базовом курсе не рассказывали про живоедов? В ее голове одно за другим всплывали дела в мельчайших подробностях. Не только зверские смерти жертв, но и тех, кто был признан виновным в каннибализме. Согласно документам обычных граждан то и дело арестовывали полиция или агенты Д.И.С.К. и казнили.
В ее голове всплыли последние слова Хироки, призрачные и навязчивые:
Сердце Аури сжал ледяной кулак. Она сделала глубокий вдох. Семья Хироки, все население округа Ума, кто знает, сколько еще жертв… Как оказалось, их убили не сумасшедшие люди.
Существование живоедов изменило все. Пока эти монстры бродят по галактике, почему невинных казнят – убивают – за преступления, которых они не совершали? Что, черт возьми, делает Федерация? В курсе ли ГК?
И самый страшный вопрос: откуда взялись живоеды?
Она полезла в карман брюк и вынула серьгу. Освещение в шаттле было настолько тусклым, что она не могла разглядеть замысловатые детали листа или цветка. Кому изначально принадлежала эта безделушка? Дважды она испытала отчаяние – и бессилие – от этих бестелесных криков. Откуда они взялись? Память? Галлюцинация?
Ее разум напоминал бурлящую пустоту. Маленькая аккуратная галактика, как она себе ее представляла, уже расколовшаяся после Рынка Свежатины, еще немного потрескалась по краям.
– Ты расскажешь ей? – Голос Катары прервал мысли Аури. – Лучшего момента и представить нельзя.
Она подняла глаза.
– Расскажет мне что? – Глупый вопрос, ведь было столько всего, о чем Малакай и Катара могли ей рассказать.
Малакай нахмурился.
– Говоришь так, будто я подговорил живоедов напасть на нас.
– Когда этот мафиози отправил нашего Маленького Робота на заброшенный ПОБ, ты знал, что будет. Людей посылают туда с одной целью: чтобы они исчезли. Но ты не остановил ее.
Аури сморщила нос и от «маленького робота», и от намека Катары.
– Ты знал, что тот человек отправил меня на… на
Малакай ответил не сразу. Через ветровое стекло он смотрел на освещенный туннель, который извивался и оставался позади. Он медленно выдохнул и повернул сиденье к Аури, расстегнув ремни на груди.
– Я не знал, что живоеды причастны к исчезновениям. У меня были подозрения, но…
Аури потянулась к своему ремню. Горячая ярость обожгла ей кожу, но следующие его слова остановили ее.
– Мне нужно было, чтобы ты своими глазами увидела живоеда, иначе ты не сможешь мне помочь.
Ее брови нахмурились.
– Помочь тебе?
Он наклонился вперед, сцепив пальцы, как будто умолял ее о понимании.
– Аурелия, живоеды – это угроза, о которой шепчутся на окраине, история. Люди постоянно исчезают, а федералы и бровью не ведут. Никто по ту сторону Кривой Кругеля о них даже не слышал. Но вплоть до сегодняшнего вечера я видел, как они убивают, пожирают и уничтожают.
Он тяжело сглотнул, потирая рукой глаза.
– Многие годы я искал доказательства их существования. Федерация покрывает каждую атаку, и я… – Он крепко сжал ладони в кулаки, медленно выдохнул, и их взгляды встретились. – И мне нужно знать почему. Два года назад я был близок к разгадке. Я обнаружил, что существуют файлы с правдивой информацией о живоедах. Неизмененные полицейские отчеты о том, почему терраформирование Роанли провалилось и как это связано с местом происхождения живоедов. Но файлы засекречены и защищены от любого удаленного доступа.
– Роанли? Как эта планета связана с живоедами? И при чем тут я? – спросила Аури тихим голосом. Пока Малакай говорил, маниакальный блеск в его глазах усилился. Он казался одержимым миссией открыть правду. Почти до безумия. Потом она вспомнила о надгробии на Кайдо. Для него нападения живоедов были личным делом.
– Я не знаю, какова связь с терраформированием Роанли. Но файлы дадут мне нужные ответы. Единственный способ найти файлы – получить доступ к их источнику, складу на Арлекине, луне Авроры. Я и подумать не мог, что мне представится шанс попасть туда… Пока не встретил тебя.
Поняв, к чему он клонит, Аури ошеломленно посмотрела на него. На утопающей в зелени луне Арлекин находилось единственное здание – Шпиль, надежно защищенное хранилище, в котором покоилась каждая крупица информации, созданной Федерацией. Технологические башни, расположенные практически на каждой планете и обитаемом спутнике по всей галактике, получали данные из хранилища. Но не полностью. Федерация, сам ГК время от времени ограничивали доступ к определенным файлам. Файлы под грифом «Секретно» можно извлечь только путем физического входа в хранилище.
И доступ разрешался только одному человеку: Главнокомандующему.
Несколько лет назад ГК нарушил бесчисленное количество протоколов и взял Аури с собой.
День был теплым и солнечным. Ей только что исполнилось семь лет, и ее вот-вот должны были выписать из больницы после того, как она целый год заново обучалась всему, что делало ее человеком. ГК приказал техническому офицеру запрограммировать ее штрих-код на специальный допуск.
– Надеюсь, ты понимаешь всю серьезность этого поступка, – сказал ГК Аури. – Речь об ответственности и доверии. Вот почему я привел тебя сюда. – Затем он увел ее в ледяные глубины Шпиля.
Подвал представлял собой огромный мрачный склад, такой большой, что Аури не видела его границ. Единственным источником света были лампочки, вмонтированные в пол вдоль границ дорожек, но они освещали только путь вперед: остальная часть помещения исчезала во мраке. Потолок словно поглотила тьма. Она ближе придвинулась к ГК.
Он усмехнулся и положил руку ей на голову.
– Информация поступает в хранилище во всех формах и размерах. Помещение достаточно велико, чтобы вместить самые большие корабли и самые маленькие дискеты, а также оборудование, необходимое для их обработки в формат для хранения. Здесь нечего бояться.
Аури кивнула, но отойти не осмелилась. Складское помещение пустовало: лишь в дальнем конце поблескивала металлическая раздвижная дверь со сканером штрихкода. За ней ждало хранилище. Она до сих пор помнила его в мельчайших подробностях.
Внутри хранилища от пола до потолка тянулся лес из серверных башен, к которым пользователь мог подключиться. В центре висел огромный экран с небольшой панелью управления под ним. ГК возился с ней, пока Аури стояла рядом. Она была поражена красотой хранилища, тем, как сияли серверные башни из обсидиана, когда сквозь них проходили электричество и информация.
ГК загрузил на экран личное дело и велел ей посмотреть.
Она узнала свою фотографию, но ей потребовались долгие минуты, чтобы прочитать информацию под ней. Справившись с этим, она упала к ногам ГК в покорном поклоне, прижавшись лбом к холодному полу. Слезы текли из ее человеческого глаза, когда она всхлипывала: «Спасибо, сэр. Спасибо, что удочерили меня».
Вспомнив об этом, Аури нахмурилась и провела пальцами по разодранному штрихкоду на предплечье, все еще висящем на перевязи.
Она покачала головой.
– У меня был доступ к хранилищу лишь однажды, но его удалили, как только я ушла.
– Я считаю, что информация все еще там. У каждого ГК есть уникальный код, который не меняется до тех пор, пока он не выйдет на пенсию или не умрет. Я хочу попытаться активировать твой.
Части плана Малакая встали на свои места, кроме одной детали.
– Мой штрихкод уничтожен. Как ты узнал, кто я? И что ГК брал меня в хранилище?
На этот раз ответила Катара:
– Я узнала тебя. Малакай думал, что ты агент, который мог бы дать нам больше информации о Федерации. – Она нажала кнопку и включила автопилот, но не повернулась к Аури. – Я видела твое лицо в коротком выпуске новостей о миссии на Бэббидже. Сюжет небольшой, но ты приемная дочь ГК, поэтому и получила пять секунд сиюминутной славы. Или позора.
Дроны у авеню… Аури думала, что им больше интересно самоубийство Танаки Хироки, чем она. Видимо, ошибалась.