Дверь полностью открылась, и живоеды ворвались внутрь.

– Цуна… – закричал Малакай. Хакер уже работала за клавиатурой.

Аури крепче сжала диск, заняв оборонительную позицию. Ее разум закружился, пока она вычисляла, какие приемы сохранят батарею ее диска, а также нанесут достаточно урона, чтобы уничтожить несколько существ. Пожалуй, лучший вариант – это лезвия, потому что живоедов не брало даже самое высокое напряжение. Ее сердце оглушительным барабаном било в ушах.

Массивная фигура пронеслась через подвал за хранилищем, царапая потолок, а затем остановилась в центре помещения. У Аури было всего мгновение, чтобы распознать транспортное средство, прежде чем оно ворвалось в открытый дверной проем.

С криком Аури отпрыгнула назад, штукатурка взорвалась, и корабль врезался в серверные башни и живоедов. В воздухе потрескивало электричество. Она остановилась, прислонившись к опрокинутому серверу, как вдруг боль пронзила ее позвоночник. Она прикрыла глаза, щурясь сквозь пыль и обломки, и увидела, как корабль остановился.

Вонь горелой плоти и электричества обволакивала язык Аури. Под кораблем лежали раздавленные живоеды, а некоторые из тех, кого сбили, вяло передвигались по комнате. Поцарапанная эмблема Анкорской Федерации, нанесенная вдоль гладкого черного борта, отчетливо дала понять, кому принадлежал корабль.

Аури замерла. Как сюда попал личный транспорт ГК?

Феррис закашлялся, отряхивая пыль с лица.

– Что только что… – Он замолчал, когда дверца люка скользнула в сторону и оттуда выскочил Кастор. Бёрди залаяла, узнав его.

Когда его взгляд остановился на команде, он помахал им.

– Залезайте! – крикнул он. – Скорее!

Его слова прозвучали словно выстрел, сигнализирующий о начале гонки. Они бросились к двери и запрыгнули внутрь, когда первый живоед, пошатываясь, поднялся на ноги. Кастор бросился в кресло второго пилота. Катара ждала на сиденье рядом. Как только все оказались внутри, он закрыл дверь, выдохнув с облегчением.

Катара стремительно щелкнула переключателями. Корабль загудел, набирая мощность. Сначала он пошатывался, и вокруг разносился лязг обломков, падающих с крыши. Но затем рывком поднялся в воздух. Что-то зацепилось за корпус. Потом слева и справа. Гортанные крики пронзили стены. Цуна дрожала и бормотала себе под нос отчаянные молитвы.

– Держитесь! – крикнула Катара. Все ухватились за поручни вдоль стен и потолка. Катара вцепилась в акселератор и толкнула его вперед. Скрип когтей снаружи длился меньше секунды, прежде чем маленький корабль ворвался через сломанную дверь в складское помещение.

Единственным звуком на борту было их совместное прерывистое дыхание. Катара летела так быстро, насколько позволяли возможности транспорта, срезая через левую сторону массивного подвала затемненную область, которую Аури никогда раньше не видела.

Спустя несколько секунд корабль мчался по пустому ангару. Сработали датчики движения, и на полу и потолке замигали лампочки. Аури мельком взглянула на смятые взрывоустойчивые двери. Снаружи повсюду валялись защитные дроны, словно роботизированные трупы на мощеной дороге.

Внезапно они понеслись прочь от Шпиля по ночному небу. Казалось, все вздохнули с облегчением и расслабились.

Аури опустилась на металлическую скамейку вдоль стены, предназначенную для службы безопасности ГК. Она могла бы сесть в мягкое кресло в задней части салона – место, которое она занимала во время ежегодного визита на Аврору в период Обона. Но сейчас она не заслужила такой чести. Аури официально была ренегатом.

Она выглянула в затонированное окно в поисках Шпиля. Федерация назвала его Великим чудом Галактики Анкора. Даже жители Авроры видели сияние Шпиля за тысячи километров. Но за бортом была лишь чернота.

Корабль вошел в атмосферу, и Кастор включил автопилот, задав движение вокруг гравитационного притяжения Арлекина. Они с Катарой расстегнули ремни и встали.

– Ты цела? – спросил Кастор Цуну, ища взглядом повреждения на ее обнаженной коже.

Она кивнула. Медленно выдохнув, она рухнула на одно из мягких кресел, и Кастор поспешил сесть рядом. Они говорили приглушенными голосами, Цуна издала всхлип, подавив его рукой. Кастор притянул ее к себе и утешал, пока она плакала.

– Что ж, – сказал Феррис, подняв брови. – Кто хочет обнять меня, пока я плачу?

– Не шути так, – рявкнула Катара, подходя к нему.

Он поднял руки.

– Кат, я…

– Я думала, что потеряла тебя, идиот. – Она сжала его рубашку в кулаке и прижалась губами к его губам. Феррис издал удивленный вздох, а затем обнял ее.

– Кат, – выдохнул он ей в губы, но она заставила его замолчать, углубив поцелуй.

– Наконец-то, – пробормотал Малакай. – Их терки раздражали.

Аури взглянула на Малакая, который сидел на скамейке напротив нее.

– А как же твоя неприязнь к служебным романам?

Он пожал плечами, как бы говоря: «Что тут поделаешь?», – но взгляд его был напряжен, лицо скрывала тень. Она поняла, что скрывается за пожатием плечами, но не знала, что означает этот взгляд.

Поэтому отвела глаза.

Секундой позже Малакай откашлялся, и Катара и Феррис наконец оторвались друг от друга. Доктор просиял. Катара закатила глаза, но ее щеки покраснели. Он взял ее за руку и потянул на скамью к Аури.

Малакай стоял в центре корабля. Он поднял брови, глядя на Кастора.

– Что случилось с планом? С тем, чтобы оставаться на «Пустельге» до тех пор, пока Феррис не свяжется с Катарой, чтобы та нас забрала? И где ты это взял? – Он указал на шаттл вокруг них.

– Я провалил план, – сказал Кастор, все еще обнимая Цуну. Хакер вытерла щеки. – С вами была моя жена, и в какой-то момент все сообщения Катары перестали доходить до Ферриса. Полагаю, после того, как вы вошли в хранилище.

– Бывшая жена, – пробормотала Цуна, всхлипнув.

Кастор взглянул на нее. Тень страха, который он, должно быть, чувствовал, мелькнула в его глазах.

– Мы наблюдали из атмосферы, – продолжил он, снова поворачиваясь к Малакаю. – Марин сказала, что приближается корабль живоедов. Но он прошел прямо мимо нас, направляясь к Шпилю. – Кастор вздрогнул, вспомнив об этом.

– Марин очнулась? – спросила Аури, прерывая доклад. – Она в порядке? – В последний раз, когда она видела девочку, та была без сознания в лазарете, мониторы, подключенные к ней, жужжали и пищали.

Кастор кивнул.

– По большей части. Ее рука… – Он покачал головой. – По крайней мере, она жива.

Катара наклонилась вперед.

– Кто бы ни пилотировал корабль «Комодо»… Что бы его ни пилотировало, они знали, что делают с дронами. Мы поняли, что вам понадобится подкрепление.

Малакай наклонил голову.

– Ты пришла спасти меня?

– Очевидно, она пришла спасти меня, – вмешался Феррис.

Катара закатила глаза.

– Я пришла спасти Цуну и Маленького Воина. Мне плевать на вас двоих. – Вопреки своим словам, она сжала руку Ферриса. – Марин доставила «Пустельгу» в ангар Шпиля. Очевидно, что охранники уже покинули его, направившись к бальному залу, поэтому мы с Кастором захватили транспорт ГК. Марин увела «Пустельгу» подальше от боевых действий, а мы пришли за вами. Легко.

– Вы вломились в подвальный ангар Шпиля, – сказала Аури, проводя пальцами по позвоночнику Бёрди.

– Там вы уничтожили немало дронов. Я бы не сказала, что это было легко. Даже на корабле ГК. – Ее голос был подавлен. Хотя Аури и обращалась к Катаре, она уставилась на свои исцарапанные пальцы ног, ее разум разрывался между разговором в настоящем и мрачными тайнами ее прошлого.

– Мы бы вас не бросили, – сказала Катара. Она посмотрела на Малакая. – Ты достал то, что было нужно?

Он кивнул.

– Цуна?

Цуна кинула сложенную дискету. Малакай поймал ее и помахал перед собравшейся командой.

– Все, что нам нужно, здесь. Когда вернемся на «Пустельгу», я просмотрю информацию. – Когда никто не шевельнулся, он вздохнул. – А это значит, что кому-то нужно доставить нас на мой корабль.

Катара и Кастор вступили в перепалку, которую Кастор быстро проиграл. Он проворчал себе под нос и отошел к пульту управления. Через несколько мгновений шаттл сошел с орбиты и направился в свободное воздушное пространство.

Остальные заняли свои места. Цуна и Катара начали перешептываться, обсуждая, что в хранилище пошло не так.

Малакай опустился на колени перед Аури, и Бёрди недовольно зарычала.

– Знаешь, – начал он. – Вы с собакой очень похожи.

– Что ты имеешь в виду?

Он ухмыльнулся.

– Вы обе отвратительно разбираетесь в людях. – Он вздохнул и подвинулся, прижимаясь спиной к стене рядом с ней. С противоположной стороны от Бёрди, как заметила Аури. – Думаешь, я ей когда-нибудь понравлюсь?

– Ей нравился Тай, – пробормотала Аури.

– Мне он никогда не нравился, если вдруг это важно.

Аури не ответила, и он позволил тишине повиснуть между ними. Наконец она прошептала:

– Малакай, кто я?

Он посмотрел на нее.

– Ты смелая, – сказал он. – Ты любишь людей, даже когда они того не стоят, и очень наивная.

Ее губы дрогнули в улыбке.

– Перечислять мои положительные качества, а затем говорить об отрицательных не помогает. И вообще я спрашивала не об этом.

– Именно об этом ты и спросила. – Он изучал ее так, словно она была самым красивым, самым сияющим, самым очаровательным существом, которое он когда-либо видел. – Аурелия Пери, – тихо сказал он, словно не желая, чтобы другие услышали. – Ты горишь светом десяти тысяч солнц. – Он смахнул пятно пыли с ее щеки. – Солнца не заботятся о своем происхождении. Они слишком заняты тем, что освещают всю галактику.