Эпилог

Эпилог

Лера стояла посреди коридора, прижимая руки к груди, и рассеянно смотрела на потолок. Мимо проходили студенты и преподаватели, но она не обращала на них никакого внимания. «Что я здесь делаю?» — пыталась вспомнить она. Тут на глаза ей попалась табличка: «Заместитель ректора по хозяйственной части», и она вспомнила про свою отработку. За дверью кто-то разговаривал на повышенных тонах. Лера решила не оттягивать неминуемое.

— Здравствуйте, можно?

— Что, опять унитаз забился? Как же вы надоели со своими прокладками! Есть же мусорное ведро в конце-то концов! — гном-механик продемонстрировал свой нулевой навык предвидения. Хотя, по правде сказать, для гнома он был немного высоковат, и явно не доставало бороды. Из общих черт Лера отметила только внушительный пивной живот. Нетактичные предположения из области женской гигиены она решила пропустить мимо ушей.

— Меня прислали из деканата к вам на отработку.

Глаза завхоза просияли. Возникло ощущение, что в списке его любимых слов отработка занимает место в самом топе, где-то между зарплатой и премией. Он тут же отпустил уборщицу, которой ещё минуту назад делал какие-то внушения, и поспешил навстречу «добыче».

— Девочка моя, — сказал он, подойдя вплотную и буквально окатив Леру волнами ароматов пота, кислого дыхания и дешёвой туалетной воды, — ты моя спасительница! Вон там в углу скопились прошлогодние бумаги, целая гора. Нужно перенести их во двор и выбросить в мусорный контейнер.

После этих слов завхоз счёл своим долгом подвести Леру к самому окну, держа свою потную руку на её талии, и показать тот самый контейнер. Было крайне неприятно и от его запаха, и от его прикосновений, и от слащавого голоса.

В кабинет постучали. Безбородый гном-механик моментально убрал руку и обернулся к двери.

— Да-да, войдите.

— Простите, Дмитрий Семёнович, а моя студентка, Валерия Топильская, к Вам ещё не заходила? — сразу с порога спросила женщина в очках с туго завязанным хвостом на затылке.

— Это я, — подняла руку у окна Лера.

— Превосходно. Я куратор вашей группы, Виктория Андреевна. Отработка Вам сегодня предстоит у меня, а не здесь, — и, обернувшись к завхозу, добавила, — простите, Дмитрий Семёнович.

Лицо бедолаги приняло жалкий печальный вид, удача неожиданно уплывала из его рук. («Обломайся, потный извращенец! Твоя девочка сегодня занята»).

— Как я рада, что мне дали тебя в помощь, — уже в коридоре без обиняков начала разговор кураторша.

«Что тут за гнездо эксплуататоров?» — возмутилась про себя Лера.

— Меня сегодня подруга позвала помочь ей на мастер-классе в парке, а я завалена работой по уши. Сходи, пожалуйста вместо меня, — с умоляющим взглядом обратилась преподавательница.

Вместо пропахшей дешёвым парфюмом каморки завхоза Леру ожидал любимый городской парк. Что может быть лучше? Здесь даже моросящий дождь не помеха. А с любого мастер-класса можно незаметно убежать, вставив беспроводные наушники и улетев в мир весёлых мелодий и непонятных английских слов. Главное, не забыть периодически кивать головой.

Её любимая лавочка в парке оказалась свободной («Ещё бы, разгар рабочего дня!»). Лера не стала доставать наушники в ожидании начала мастер-класса, хотелось послушать шум шуршащей под ногами прохожих листвы и гул проходящих вдалеке поездов. Некоторые листья уже упали от ветра и дождя, хотя были ещё зелёными. Лера переворачивала их кончиком носка своих туфель. Левой рукой она ощупывала браслет из красных камней на запястье, пытаясь вспомнить, как давно он у неё появился.

— Странно, что учебный год начинается, когда природа увядает. Логичнее было бы приступать к учёбе весной, — кто-то за спиной опять озвучил её мысли (или всё же свои?)

Лера обернулась и увидела тёмную шевелюру своего знакомого любителя фруктовых жвачек. На нём был отражающий салатовый жилет, а в руках пакет для мусора.

— Ого, привет. Тебя тоже прислали на мастер-класс?

— Что? — не понял парень. — В смысле, куда прислали?

— Или просто гуляешь?

— Я, вроде как, волонтёр, — парень потеребил двумя пальцами жилетку.

— Может уже познакомимся, «вроде-как-волонтёр»? Нам ещё четыре года вместе грызть гранит, так сказать. Если зубы раньше не отвалятся.

— Захар, — парень вынул руку из перчатки и протянул Лере.

— Валерия, для друзей Лера, — она слегка пожала протянутую руку. — А кто тебя отправил убираться в парке?

— Я же волонтёр, говорю тебе. По-русски значит «доброволец». Меня никто не заставлял сюда прийти. Я здесь только потому, что сам так решил.

— И что ты этим хочешь добиться? Получить грамоту? Медаль? Увидеть свою симпатичную физиономию на доске почёта?

— Ты, наверно, смотришь на меня и видишь неудачника с мусорным мешком. Но для меня волонтёрство — это целый мир. Это друзья, с которыми тебя объединяют не только пьянки и тусовки. Это поездки на разные фестивали и спортивные события. Я хочу посмотреть мир, побывать на Олимпийских Играх и на танковом биатлоне.

— Я тоже хочу посмотреть мир. Поэтому даже рада, что попала на туризм.

— Отели и горячие туры — это ещё не весь мир. Не мой мир.

Этот темноволосый парень начинал ей нравиться. Не хотелось больше ни подкалывать его, ни ёрничать.

— А есть ещё жилетка и мусорный пакет? — спросила она, глядя в его карие глаза. — Я побуду немного на мастер-классе, куратор попросила. А потом, если ты не против, присоединюсь к вам.

Отец приехал за Лерой уже вечером. Вымотанная уборкой парка, она плюхнулась на переднее сиденье и задела правой ногой пакет. Там что-то зазвенело.

— Ого, пиво в бутылках? Непохоже на тебя, папуль. Ты же вроде разливное обычно берёшь.

— Не поверишь. Название понравилось — «Тёмный эль». Что-то как будто из другого мира или из фильма.

— Я тоже сегодня думала о других мирах, — отозвалась Лера.

— Вот как? А записывать лекции это не мешало?

— Это было уже здесь, в парке. Не поверишь, зашла на поляну, где какие-то подростки листья подожги и чуть не спалили всё вокруг. Стояла на этой выжженной земле, вдыхала остатки гари, а мыслями была где-то очень далеко.

— Да, дочка, хорошо, как говорится, там, где нас нет, — отец повернулся к ней и подмигнул.

— А ещё говорят: «в гостях хорошо, а дома лучше», — подмигнула Лера в ответ, — народная мудрость — великое дело.

Они засмеялись и обнялись. Сергей Михайлович повернул ключ в замке зажигания, машина тронулась с места и повезла усталых путников домой.

Ночью Лере приснился необычный сон: молодой фавн сидел на пляже, держа в руках тёмно-красный цветок. Он смотрел на набегающие волны и улыбался. Между ними было огромное море, но Лера готова была вплавь пересечь его, лишь бы только хотя бы на секунду прижаться к его щеке. Утром она с трудом могла вспомнить подробности увиденного, но твёрдо знала одно: такого сильного чувства, как сегодня ночью, она ещё никогда в жизни не испытывала.

Конец