– Ты куда? – настороженно поинтересовался Дух.

– Это красноватое море даже опаснее больницы. Семья моя прожила на земле не одно поколение, и ни разу мы не слышали ни о каком море. Я давно уже стал винтиком в больничной машине. Я, по сути, нездоровый человек, больной от рождения. И всю жизнь так проведу. Без больницы я не выживу, она мне дом родной. И никогда не думал я ехать на чужбину, где больниц нет. Что делать человеку, который должен умереть, в месте без больниц? Страшно представить! Пожалей меня!

– В такой-то момент ты передумал? Струсил? Языком чесать ты готов сколько угодно, а как дело надо делать – сдаешься. Ты как Е-гун, который обожал драконов на словах, а по факту страшно их боялся. До земли обетованной осталось ступить один шаг, а ты деру думаешь дать! Как я это Потустороннему пациенту объясню? Недуг тебе затмил и глаза, и сердце. В этом трагедия твоя и всего твоего племени! – возмущенно крикнул Дух. Ко мне он относился с максимальной самонадеянностью и без малейшего снисхождения.

Я заплакал. Дух, похоже, тоже ощутил безысходность положения и смягчил тон:

– Не фантазируй попусту. Привыкай к тому, что есть. В любом деле, сколь бы великим или мелким оно ни было, надо уметь приспосабливаться.

Со всех сторон света стекались больные, выстраиваясь на пляже в аккуратные очереди, напоминавшие дверные таблички на счастье[33], и взволнованно вглядываясь вдаль. На фоне вздымающихся к небу бурлящих волн замаячили тени мачт. Вскоре на судне, подходящем для высадки десанта, к нам подплыл вторичный Контакт. – Деньги на билеты. – Контакт говорил с незнакомым акцентом.

Я немедленно вытащил банкноты. Денег мне не хватало, но Контакт ничего не сказал на это. Скоро к нам причалило еще больше шлюпок, которые переправляли людей через Большое море. Заплатившие деньги люди взбирались на суденышки.

33. Счастье, шипастое, как роза

33. Счастье, шипастое, как роза

Незнакомый паром, на который я вступил, был величествен и обширен, как горная вершина. Мачты были увешаны чудными ослепительно-разноцветными знаменами с вышитыми по полотну белыми созвездиями. Диковинное судно. Вот какой корабль должен был перевезти больных через Большое море, доставить их «по ту сторону», помочь им пересечь «порог между жизнью и смертью» и укрыться в изумительном Космосе, где не было болезней.

Мы подняли якорь и отплыли глубокой ночью. Небо внезапно очистилось от облаков, ветер стих, а волны успокоились. Только тут я обратил внимание на высившееся по центру палубы стальное сооружение, напоминавшее одинокий остров посреди океана. Под покровом множества звезд конструкция скалила зубцы и расходилась во все стороны острыми выступами. Из нее рвался наружу красный свет. Штука эта, отзывавшаяся металлическим перезвоном, напоминала высоченный вольер. Окружено строение было грудами черно-белых корзин с цветами, да еще массивом изумрудных растений. Задумавшись, что мы отправились в безвозвратное плавание, я ощутил прилив грусти и устремился к борту, чтобы поглядеть на постепенно отдаляющий отрезок суши. Но увидел я только старосту Ая, который, раскинув руки, подобно готовящейся взлететь птице, орал в море: