– Ух ты, неплохо! – воскликнул Уилл, но вдруг нахмурился: – Билл, я не знаю, спрашивали ли тебя об этом и думал ли ты об этом, но можешь ли ты пройти через одну «червоточину», если ты везешь конечную точку другой?

Я усмехнулся:

– Я пытался, но все закончилось плохо. Конечная точка, которую ты пытаешься пронести, дезинтегрируется довольно агрессивным способом. А «червоточина», через которую ты проходишь, тоже дестабилизируется.

– А транспорт выходит из какого-либо конца «червоточины»?

– Частично. Обычно из двух концов, и притом с целой тонной гамма-радиации.

Уилл вздернул брови:

– Ой, ладно, тогда не будем так делать.

Вперед выступила Ханна:

– Билл, ты молодчина. Я десять лет пыталась повторить ваши результаты, используя только теоретические модели, и все равно ничего не добилась. Похоже, во Вселенной все-таки нужна и экспериментальная физика.

– Иногда главное – результат, – ухмыльнулся я.

– И что теперь?

Я бросил взгляд на Хью.

– Начнем подвозить ресурсы и строить линию пикетов. Думаю, рано или поздно Лже-Хью попытается проникнуть в систему и извлечь Тота.

Меня прервал Гуппи, который без предупреждения вышел в центр зала.

[Через «червоточину» проходит неизвестный корабль.]

Все мы быстро переглянулись. Я видел, что каждый сейчас задает себе одни и те же вопросы.

– Ты можешь его идентифицировать?

[Это корабль класса «Титан».]