– Про твоего дедушку мне сказала Джиэль, – проговорила Люинь.

– Джиэль… – механически повторил Пьер, словно бы эхом отозвавшись на слова Люинь.

– Ты и себя береги, – сказала Люинь. – И не переживай за Творческую Ярмарку.

– Творческую Ярмарку? – рассеянно переспросил Пьер. – Ну да. Творческая Ярмарка.

Люинь посмотрела на Пьера, и у нее заныло сердце от сочувствия. Она знала, что Пьера вырастил дед, что у них двоих больше никого не было. У Пьера не было братьев и сестер. Умрет дед – и он останется один-одинешенек. Люинь вспоминала, каким Пьер был в детстве – худеньким, стеснительным, вспыльчивым. При виде любой опасности он хватался за руку деда. Пьер не играл с другими детьми, но, если видел, что кого-то обижают на игровой площадке, стремительно мчался на помощь, будто ежик-подросток, нахохлившийся и выставивший все свои иголки. Бежал, размахивая кулаками. Пьер всегда был упрямцем. Даже сейчас он смотрел на деда с упрямством, от которого у Люинь разрывалось сердце. Пьер сидел, ссутулившись, спрятав внутри себя все чувства.

Со дня возвращения на Марс Люинь только один раз видела Пьера. Все ее воспоминания о нем остались далеко, на расстоянии пятилетней давности, когда он был меньше ростом, чем сейчас. Люинь слышала, что Пьер превосходно учился, что в последние пару лет он защитил несколько успешных научных проектов – а это было превосходным достижением для столь молодого человека.

Немного погодя Пьер вдруг повернулся к Люинь и сказал:

– Прости, мне надо было бы раньше навестить тебя.

– Ничего страшного. Мне уже намного лучше. Я знала, что ты занят.

– Мне тут почти нечего делать, – покачал головой Пьер. – Скажи Джиэль, что через пару дней я к вам присоединюсь. Мне надо лично проследить за вакуумным опрыскиванием. Больше этого никто не сумеет сделать.

Люинь была готова сказать Пьеру, что ему не стоит из-за этого переживать и лучше оставаться рядом с дедушкой, но она увидела серьезный взгляд друга и понимающе кивнула.

– Хорошо. Я ей скажу.

Пьер повернулся к кровати и забормотал, словно бы говорит с самим собой:

– Больше никто в этом ничего не понимает. Наноэлектронные мембраны на основе кремния, кремниевые квантовые точки, пористые кремниевые интегрированные микросхемы, суперрешетки из окиси кремния – люди знают эти словечки, но сути не понимают. Наше освещение, наше электричество… все знают, как этим пользоваться, но никто в этом не разбирается.

Люинь не могла догадаться, к чему клонит Пьер. Она растерянно спросила:

– Джиэль мне говорила, что ты изобрел какую-то новую пленку.