– О, кстати, я вспомнила… – проговорила Люинь. – Что скажете насчет того, что мы обсуждали в групповой переписке?

Чанья улыбнулась. В ее глазах Люинь увидела гордую смесь волнения, бунтарства и презрения ко всему, что диктуется правилами. С ноткой таинственности в голосе она ответила:

– Всё решено. Мы начнем революцию. Помнишь, мы с тобой говорили о том, что случилось с твоими родителями? Не имеет значения, почему их наказали, но они – пример для нас. Они были так отважны, что бросили вызов системе. И мы должны поступить так же.

– Революция? – Люинь затаила дыхание. – Но что именно у тебя на уме?

– Во-первых, нужно как следует разобраться в тех обвинениях, которые нам бросил Рунге.

– Меня удивили его слова, – призналась Люинь. – Почему он так думает?

Чанья заговорила тише.

– Ты помнишь, что случилось на третий год нашего…

Звякнули колокольчики над входной дверью. Чанья умолкла. Все обернулись и увидели на пороге палаты Джиэль и Руди. Руди был в рабочей форме, с папкой документов под мышкой. Джиэль держала в руке корзинку с фруктами. Ее волосы были заплетены в косички. Как только Руди и Джиэль переступили порог палаты, следом за ними вошел Пьер.

– Как ты себя чувствуешь? – взволнованно спросила Джиэль.

– Хорошо, – ответила Люинь. – Очень хорошо.

Она взяла у Джиэль корзинку и поставила на тумбочку. Джиэль взяла апельсин и протянула его Люинь, потом взяла два яблока и протянула Чанье и Мире. Джиэль всем раздала фрукты. Руди достался последний апельсин, но он покачал головой и отказался. Джиэль смущенно покраснела. Заметив это, Люинь взяла у нее апельсин. Руди и не подумал уделить внимание Джиэль. Он с любопытством уставился на Чанью.

Руди смотрел на Чанью, Джиэль не сводила глаз с Руди, а Пьер, державшийся поодаль, пристально смотрел на Джиэль. Люинь эта сцена показалась забавной. Было совершенно ясно, что Руди интересуется Чаньей, хотя они не так много времени проводили вместе. Люинь видела, что ее брат смотрит на Чанью с тем же выражением лица, какое у него бывало, когда он встречал жутко интересную научную тему. Чанья, напротив, похоже, вовсе не замечала Руди и, жуя яблоко, о чем-то еле слышно переговаривалась с Сорином.

В палате воцарилась мирная атмосфера. Все, кроме Джиэль, разговаривали мало. Яркие солнечные лучи заливали комнату. Казалось, всё идет по плану – ребята навестили выздоравливающую Люинь, царило теплое дружелюбие. Свет озарял большую круглую кровать, бледно-зеленый пол, белые лилии в стеклянных стенах. Руди осмотрел сумки Люинь – удостоверился, что она ничего не забыла, и стал ждать. В палате царило спокойствие, как в комнате для медитации.