Люинь!

Я очень рад весточке от тебя. Мой проект продвигается не слишком хорошо, и настроение у меня неважное, но твое письмо стало для меня лучиком света. Как ты поживаешь?

Я натыкаюсь на такое число стен, что иногда хочется опустить руки и сдаться. Жизнь на Земле так непохожа на жизнь на Марсе, и груз истории давит так сильно, что очень трудно двигаться к переменам.

В отличие от времен Французской Революции, сейчас успешно осуществить революцию гораздо сложнее. Объединенность всех стран, как это ни парадоксально, делает почти невозможным перемены в образе жизни каждого человека за счет создания концентрации изменений в одном месте.

Всякий раз, когда я пытаюсь донести до других представителей мира искусства идею центрального архива, меня подозревают в участии в каком-то заговоре с целью контроля над этими людьми. Власти мой план не принимают, потому что в случае его осуществления ВНП, связанный с переводами денег через Интернет, снизится на несколько миллиардов. Еще меньше в этой идее заинтересован бизнес, поскольку пострадают прибыли.

Наверное, я должен был всё это предвидеть. Но как же трудно поверить, что плану, призванному содействовать свободному распространению искусства и идей для всего человечества, будет оказано такое, почти всеобщее сопротивление.