Олег остановился и выжидательно посмотрел на Шварцмана. Сейчас мы выясним, пан или пропал, пронеслось у него в голове. Жаль пропадать по такой славной погоде. Вот если бы дождь шел или снег валил… Когда там солдату умирать легче?

Шварцман долго молчал, терзая в руках какую-то соломинку. Соломинка стойко сопротивлялась, но в конце концов измочалилась и порвалась. Шварцман с каким-то ожесточением продолжал рвать ее на части, наконец, изорвал в труху и раздраженно бросил на землю. Потом, как бы спохватившись, сунул руки в карманы пиджака и посмотрел на Олега. Теперь в его глазах читался еще и интерес.

— Да, парень, не ошибся я в тебе тогда… в первый раз, ох, не ошибся, — казалось, он наслаждался собственной проницательностью. — Помнишь, тебе кастетом от людей Дуболома по кумполу попало? Вижу, помнишь, кто такое забудет! Так вот, тебя не случайно приголубили. Оперативный отдел раскопал, что именно в тебя метили.

— Да, Прохорцев рассказывал. И Хранители намекали. Вот уж связался я с вами…

— Да не смотри на меня таким угрюмым взглядом! — вдруг хрипло расхохотался Шварцман. — Жив ведь? Жив. При должности. С перспективами. Да и стоишь ты побольше, чем раньше, к тебе уже серьезно присматриваются… отдельные господа, думают, как бы к себе переманить. Не вечно же тебе у Хранителей на побегушках ошиваться. Еще никто к тебе не подходил со странными разговорами? Ничего, подойдут, и очень скоро. Стоило ради такого по башке получить? Молчи, по глазам вижу, что стоило, пусть ты даже себе не признаешься.

Шварцман снова нахмурился.

— В общем, Олежка, мозги у тебя варят, хвалю, да и мелочи ты в картинки складываешь очень неплохо. Скажи-ка вот что. Представь, что ты сейчас Народный Председатель. Вся власть у тебя. Что бы ты делать стал, а?

Олегу стало весело. Похоже, что все-таки пан. Опять пан. Везунчик же ты, дружок, ох и везунчик. По закону подлости, конечно, рано или поздно за свое везение огребешь по полной программе, но пока продолжай держать тигра за яйца. Значит, школьное сочинение на тему «Если бы я стал Народным Председателем»? Ладно…

— Ну, начал бы я с того, что послал нафиг сказки про Путь Справедливости, — небрежно бросил он. Интересно, что скажет на такое столп общественного строя? Столп молчал, и Олег волей-неволей продолжил: — Дурацкая идеология сейчас нам только мешает. Нет, оно да, Великая Революция и все такое, но времена меняются. И капитализм сейчас не тот, и мы другие, — он помолчал, собираясь с мыслями. — Значит, первое, что бы я сделал – отменил бы Путь Справедливости. Не сразу, конечно, твердолобых хватает, но постепенно, лет за десять-пятнадцать, все бы свыклись. Тем временем начал бы эксперименты – так бы их назвали – с применением в народном хозяйстве элементов капитализма. Ну, придумали бы что-нибудь поблагозвучнее…