— Разберемся, — во мне же клокотала злость.

Ей уже двадцать лет, предельный возраст для начала трудовой деятельности прислугой. Вылетев с курсов, мадемуазель обязана заскочить в вагон к горничным или навсегда останется недотепой на шее у бабушки. Дворцовая прислуга работает по четырнадцать часов в день без права нормально выспаться, провинившихся работниц увольняют за два нарушения. Яниту выпнут из горничных быстрее, чем она наденет чепчик, — такая уж судьба хронического невезения.

Граф фон Крафт тяжело вздохнул, заминая ссору.

— Татьяна, какие у вас планы на выходные?

— Что такое «выходные»? Те дни, когда у девочек нет занятий, но каждая тайком пробирается на кухню, чтобы в тиши и одиночестве испортить пару-тройку продуктов?

— Гхм, да. Я хотел пригласить вас в столицу на променад, на площади Четвертого Месяца будут ярмарочные гуляния и открытые театральные постановки. В толпе толкаться не с руки, но почему бы не посмотреть с балкона гостиного дома? О расходах не беспокойтесь, я угощаю.

— Боюсь, радость общественных праздников мне не доступна, пока не освою первую ступень кулинарной магии, — натянутая улыбка еле-еле скрыла притоптанный гнев.

Не время злиться на человека, озвучившего зревшую проблему. За мадемуазель Катверон я волнуюсь больше всего: яркая, эмоциональная и по-своему талантливая девочка не заслужила драить замок до конца трудоспособного возраста. Умение сломать лом и вывести из строя даже ложку придает ей слегка уловимого очарования беспомощности, и вкупе с талантом к науке Янита могла бы иметь славу сумасшедшего гения. Разумеется, при условии достатка и отсутствия необходимости зарабатывать на хлеб низкоквалифицированным трудом. Но уборка королевского замка оплошностей не прощает. Мне стоит поблагодарить Августа за честность.

Девушка наверняка позорно вылетит с курсов. Сочту за чудо, если никто из экзаменаторов не пострадает.

— Наставница, — в дверь активно постучали.

Осуждающе покачав головой, граф грузно поднялся со стула и церемонно откланялся, глянув на часы. Некрасивая нота расставания печально звучала в воздухе, пока не заглянула внезапная гостья — мадемуазель Линдерштам. Судя по виду, кто-то умер: или кадеты, или сама Эсми. Бледная, с тусклыми волосами, темными кругами под глазами и заострившимся носом барышня напоминала злую колдунью, а не добрую кулинарную фею. Ещё вчера её внешний вид показался мне уставшим, но сегодня милосерднее отправить ученицу к лекарю, чем на занятия.

— Татьяна Михайловна, я пришла поговорить об аттестационном меню, — впервые в голосе девушки появились нотки неуверенности.

— Отлично, говорите.

— Я бы хотела взять мясо в качестве основного ингредиента.

— И не можете придумать, как запихнуть его в десерт?

— Так вы знали? — большие темно-карие глаза изумленно распахнулись, мерцая фанатичным болезненным блеском.

Само собой, преступно не замечать, как тщательно Эсми изучает рецепты маринадов и температурный режим для самых капризных частей свиней и коров. Как и того, кто испортил партию отборных свиных ребрышек, запасенных мною для вкусного ужина, вымочив их в ядреной уксусной кислоте вместо слабенького уксуса. Повара, умеющего волшебно жарить мясо, понесут на руках по мишленовскому Млечному Пути, осыплют лепестками цветов и выгравируют его имя на пьедестале почета. Уже сейчас я с легкостью могу доверить мадемуазель Линдерштам быть кухаркой в придорожном среднеазиатском кафе — девчонка схватывает на лету и от природы дружит с огнем и специями.

— Боюсь, приготовить десерт из мяса не получится. Вам не достает мастерства, уж простите.

— Я понимаю, — скрипнула зубами Эсми. — Месяца обучения едва хватает, чтобы не испортить жаркое, а за три — максимум пожарить шашлык.

— Истина.

На остром худом лице студентки светилась решимость идти до конца. Плюя на здравый смысл, девушка упрямо поджала губы и в утробе задушила неуверенность. Без сомнения, порекомендую ей борщ, стейк с овощами на гриле, ростбиф-капоколло-прошуто, салат с говяжьим языком — она справится. Педагогическое собрание, которым меня слегка напугал Август, назначено на второй день срединного месяца, полно времени для внесения конструктивных предложений. Попрошу коллег-педагогов разрешить экзаменуемым принести заготовки, на основе которых состоится меню. Зубами выгрызу, если нужно! Ведь бульон для вкусного борща не приготовишь за время, отведенное для аттестации, а мадемуазель Линдерштам просто обязана пройти экзамен по высшему стандарту.

— Придумайте десерт без мяса.

— Нет! Остальные используют главный ингредиент во всех блюдах, я не могу быть хуже них.

— Эсми.

— Энтеро даже в мороженое планирует засунуть перец. Вы подсказали Хофман, как сделать лук сладким, научили Рихтер готовить торт из пресной моркови. Помогите и мне.

— Эсми, вы не справитесь.

Наиболее популярным мясом в десерте является бекон — его добавляют в шоколад, тесто и даже крем. Но сочетание сладкого и соленого требует ювелирного профессионализма, десятилетий тренировок, тысячи ошибок и разочарований. Знаю кулинаров, которые за всю карьеру так и не смогли приготовить идеальный десерт с беконом, забросив идею только на смертном одре. Угодить таким десертом критикам с традиционными вкусовыми пристрастиями почти невозможно, и точно нереально для девушки, прошедшей вводные курсы.

— Я справлюсь, — темные глаза заметали молнии. — Заработаю на любое количество продуктов для тренировки, буду упражняться день и ночь, только скажите мне рецепт!

— На Миране не существует десертов с мясом.

Распаляясь от отказа, мадемуазель почти затряслась:

— Зато на Земле существуют! Тупой Юнг на весь дворец орал, что земляне — чокнутые и жрут любую гадость, даже кофе пьют с какашками. Подойдет, что угодно, откровенная дрянь, лишь бы мясная.

— С дрянью вы не пройдете аттестацию. Повар не имеет права кормить гостей заведомо невкусной пищей.

Вечно холодная Эсми, лихорадочно облизнув губы, вперила в меня горящий взгляд. Бледное лицо побелело ещё больше, отдавая нездоровой синевой и сильнейшим волнением. Поддаваясь эмоциям, девушка осунулась, отбрасывая решительную тень, которая темнела с каждым словом. Ведьма из ночного кошмара, пресвятые пончики.

— Плевать, всегда найдется способ улучшить вкус магией.

— Успокойтесь, — пора прекращать балаган силой. — Слышите? Придите в себя, обойдемся без пощечин, нашатыря и лекарей. Понятия не имею, что вас так взволновало, но каюсь за прежние жалобы на флегматизм.

Для острастки пришлось встряхнуть помешанную несколько раз, пользуясь её дезориентацией. Черноволосая голова безвольно мотнулась и откинулась назад — девица осела на моих руках, потеряв неожиданную буйность. Теперь понятно, как она ударом разбила миксер и не сломала пальцы, с душевным рвением страшной силы можно наломать куда больше дров. Эх-ма, мадемуазель Белая Ворона может жарить шашлык на огне собственной маниакальности.

— Простите, — Эсми всхлипнула нервно, но без слез. — Я не спала четыре ночи, пытаясь найти рецепт в библиотеке.

Ясно, почему она походит на мертвое пугало.

— Вы меня огорчаете, студентка Линдерштам. Казались разумной молодой барышней, чуждой ревности и остервенелой конкуренции. Не мне судить вашу сверхценную идею догнать и перегнать сокурсниц, но в следующий раз трезво оценивайте силы. Я сказала, вы не справитесь с десертом из мяса. Но не сказала, что вы не сможете его сымитировать.

Блюда-обманки, раздел кулинарной маскировки, изучаются на частных мастер-классах от лучших поваров страны. Особенную популярность искусство гастрономических иллюзий приобрело у кондитеров: чем более несъедобный предмет лежит на тарелке, тем больший шок он вызовет у наблюдателей. Естественно, Эсми не сможет самостоятельно приготовить даже простенькую обманку, видную при ближайшем рассмотрении. Но ввести экзаменаторов в заблуждение и красиво сыграть на фикции восприятия ей вполне по зубам.

— Пойдемте на кухню, побеседуем об искусстве кулинарной лжи.

Выйдя из замка в сад, мы не торопились, уважая преемственность межпоколенческого опыта. Мудрость нужно цедить понемногу, чтобы не перелить через край. Кухонная ведьма оживала буквально на глазах, приобретая мало-мальский румянец и пообещав больше не пугать пожилую женщину резкими выкрутасами. Заручившись моей поддержкой и поумерив нервозность, Эсми внимательно запоминала ингредиенты будущей обманки. Я почти раскрыла ей основную мякоть идеи, как со стороны розария вновь послышался захлебывающийся детский плач.

Нет, так дело не пойдет, это преступление против детства.

— Мастер, что происходит? — спешно подойдя к коллеге, я заглянула в люльку. — Почему девочка кричит?

Сохраняя абсолютно невозмутимое выражение лица, мужчина поджал губы и, разумеется, промолчал. Но взгляд рассказал многое: молодой отец откровенно в панике, не в силах выяснить причину заливистого плача. В одной руке тряслась бутылочка с водой, в другой — трижды выплюнутая пустышка. Так-так, и почему маленькая принцесса раскапризничалась?

— Подгузник сух? Обедала хорошо?

— Гхм, — подтвердил менталист, позволяя проверить самой.

Потрогав пеленки и убедившись в сухости, я мягко помассировала крошечный животик и не получила реакции. Голова, ручки, грудь — мимо. Недовольное покряхтывание ангелочка с небесными глазами явно не от колик или голода. Юная баронесса пошла в мать, унаследовав от отца только принципиальное нежелание идти на контакт. Младенческая пухлость и светлые волосики придавали девочке ангельскую внешность, контрастирующую со звуками сварливого кота. Лежа в розовых пеленках и белых рюшах, Бэкки напоминала диснеевскую принцессу на попечении любящего папочки.