— Что? — не стал играть в гляделки он. — Тебе от меня ещё что-то нужно? Или для удовольствия хочешь поскандалить?

— Нет... нам... надо поговорить...

— Я это уже слышал. Мы поговорили. По второму кругу мусолить наше расставание у меня нет никакого желания.

Сигареты, наконец, нашлись и Иванов, закурил, с неожиданным наслаждением выпуская дым из лёгких. Всё-таки странное занятие — травить себя никотиновыми палочками. Ведь понимаешь, что вредно и чревато, а иногда вот так, чтобы отвлечься от житейского дерьма, затянешься — и хорошо... Работает ведь!

Девушка неожиданно зло, с непонятной решимостью повторила:

— Нам. Нужно. Поговорить!

Серёга обречённо вздохнул. Похоже, от некрасивых сцен не уйти, проще согласиться, иначе... а он и сам не знал, что «иначе». Просто хотелось всё это побыстрее закончить.

— Говори. Только недолго. Тебе ещё бабушку до темноты найти нужно.

Ведьмочка, не выбирая дороги и разбрызгивая грязную снежную кашу, широкими, уверенными шагами выбралась на тротуар.

— Я тебе рассказать должна многое... Не могу так больше... Хуже шлюхи копеечной себя чувствую...

— О как! — восхитился Иванов. Бывшая любовница всё же смогла его заинтересовать.

Элла встала немного сбоку, отрешённо уставилась на проносящиеся мимо автомобили, зачем-то взяла парня за руку.

— Слушай... и будь, что будет... Только не перебивай, мне и так тяжело...

Заинтригованный, но по прежнему злой инспектор промолчал, ожидая дальнейшего развития событий.

Девушка, ссутулившись, словно от непосильной ноши, пару раз хлюпнув носов и прогоняя наворачивающиеся на глаза слёзы, еле слышно пробормотала:

— Ты хороший парень, Серёжа. Действительно хороший. А я — сволочь... — и надолго замолчала.

— Пока непонятно, — посчитав паузу затянувшейся, честно признался Иванов.

Это помогло. Голос ведьмы окреп, сделался чётким, острым:

— Сейчас поймёшь. Помнишь нашу первую встречу? Тогда, за городом, в пансионате?

— Да.