Кроме ауры мертвеца Роне прислушивался к эмоциям окружающих. Все было именно так, как и должно было быть — кроме эмоций Ристаны. Уж слишком она радовалась смерти шера Бенаске, и явно не только потому, что он единственный знал, кто и как на самом деле убил короля Тодора. От Ристаны настолько явственно несло злорадством и предвкушением, словно она вот прямо сегодня готовилась возложить корону на свою голову.

Похоже, Роне ненароком сыграл ей на руку.

— Ее высочество Шуалейда! — скороговоркой оповестил гвардеец, распахивая дверь.

В этот момент Ристана испытала настолько острую досаду, словно уже успела похоронить сестру и сплясать на ее траве, а тут она взяла и ей назло воскресла.

Крайне, просто крайне интересно, что эта недопринцесса еще затеяла. Ведь предупреждал же — без его позволения ни шагу! Ни шагу! Вот упрямая дрянь! Этак она испортит ему всю игру.

— Наконец, — проворчал Роне, оборачиваясь. — Настоятельно прошу ваше высочество посмотреть как можно внимательнее. Возможно, вы заметите следы ментального воздействия и сумеете определить дату и авторство.

Барон Харрерас пробормотал нечто недовольное, но его тут же одернул полковник Альбарра, велев молчать и ждать, когда его спросят.

— Вы уверены, шер Бастерхази, что имело место ментальное вмешательство? — Шуалейда остановилась в паре шагов и принюхалась.

— Не уверен. След слишком слабый.

Роне сделал приглашающий жест и посторонился. Шуалейда замерла над телом, похожая на берущую след гончую. Невольно залюбовавшись ею, Роне едва не вздрогнул, когда через пару минут Ристана подала голос:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ну? Вы так любите запах мертвечины, дорогая моя сестра, что никак не можете оторваться?

Шуалейда немедленно огрызнулась:

— Не мешайте, ваше высочество, раз уж ни ширхаба не смыслите. Здесь так воняет вашими интригами, что меня уже тошнит.

Ристана только открыла рот, чтобы сказать очередную гадость, но ее неожиданно опередил юный король:

— Хватит! Вам стоит удалиться, дорогая Ристана, и оставить расследование Магбезопасности.

— Ваше величество…

— Я сказал, ступайте. Шер Сальепус, проводите ее высочество. И вы, сиятельные шеры, ступайте, — велел он своей свите.

Удивлением Ристаны тоже можно было любоваться бесконечно. Она настолько не привыкла к тому, что младший брат способен дать отпор, что даже не сумела ничего сказать. А Сальепус, молодец, быстро сориентировался, подхватил ее под руку и повел прочь.

— Барон Харрерас, вы тоже выйдите и подождите за дверью, — распорядился полковник Альбарра. — Вас позовут.