— Благодарю за совет, — ледяным тоном отозвалась Шуалейда. Лежащая на подлокотнике рука ее была расслаблена, но аура бурлила еле сдерживаемым ураганом. — А теперь отпустите моего Тигренка.

— Вы уверены? Освобождать куклу-убийцу в полном гостей зале… — Бастерхази обвел вопросительным взглядом шеров, те непроизвольно отшатнулись, а Бастерхази низко, словно рокот пламени, рассмеялся. — Ах, дорогая моя. Вы так изящно шутите.

Шеры изобразили улыбки, но по их лицам было видно, что они предпочли бы сейчас оказаться подальше. Стриж их отлично понимал. Придворный маг пугал их… в смысле, шеров. Или не только шеров? Правда, Лея не испугалась, а только разозлилась. Словно знала. И считала, что мастер теней за ее спиной — чрезвычайно удачная идея.

— Вы удовлетворили свое любопытство? — обманчиво мягко спросила она, поднимаясь.

И все равно придворный маг оказался выше нее, хоть и стоял на ступеньку ниже. Но это ему не помогло. Аура Шуалейды вспыхнула нестерпимо яркой синевой, затмила черно-алые всполохи, врезалась в них, разрывая на части… пробивая брешь в его защите…

«Это должно быть больно», — подумал Стриж мимолетно и чуть не бросился на добычу.

Чуть-чуть. Еле удержался. Придворный маг не дожил бы до своих лет — в городе шептались, что ему уже лет двести — если б не был осторожным и продуманным Хиссовым сыном.

— О нет, ваше высочество. Мое любопытство распалено до предела. Очень интересный экземпляр! Не убивайте его до конца, когда наиграетесь, продайте мне.

Вместе с этими словами придворный маг атаковал. Не Шуалейду и не Стрижа, а его ошейник. От ослепительного блеска лиловых потоков Стриж покачнулся и вцепился в спинку трона Шуалейды. А ошейник нагрелся и сердито затрещал.

— Обойдетесь.

Лея резким жестом отсекла чужие потоки, и Бастерхази скривился. Едва заметно, но все же — это было больно. Стриж верно догадался.

— И все же подумайте, — не сдавался придворный маг. — Светлому шеру Дюбрайну не понравится видеть рядом с вами раба. А я дам за него одну прелюбопытную книгу о журавлях.

При упоминании Дюбрайна вздрогнула уже Шуалейда. И может придворному магу удалось бы добиться чего-то — еще бы понимать, чего именно он добивался! — но его прервали. Главные двери Народного зала распахнулись, и сенешаль, перекрывая гул голосов, возвестил:

— Ее высочество Ристана шера Суардис, милостью Близнецов регент Валанты!

— Мы еще вернемся к этому разговору, ваше высочество, — зловеще пообещал придворный маг, развернулся и устремился навстречу регентше, ослепляя всех присутствующих шеров развернувшимися за спиной огненными крыльями: черно-алыми, с лиловыми и золотыми всполохами. Так же красиво, как и смертоносно.