Но люди Эллика знали, что такое порядок. Он приказал им пока оставить нас в покое, и они так и сделали. И все-таки ужас от ожидания, от понимания того, что в любой момент он может отменить или изменить свой приказ, висел над нами. Весь этот день лурри с серьезным видом занимались своей обычной работой, но взгляды их то и дело устремлялись к солдатам в соседнем лагере. Дважды я слышала тихие разговоры.

— Этого никогда не видели, никогда не предсказывали! Как это может быть?

Они копались в запомнившихся записях, цитируя их на память друг другу, пытаясь истолковать по-новому, так, чтобы поверить, что происходящее все-таки было ожидаемо, предсказано. Двалия, как мне показалось, обрывала эти разговоры так часто, как могла, приказывая Слугам растопить еще снега и натаскать еще дров. Они слушались, уходя по двое-трое, но, думаю, все-таки продолжали перешептываться.

В то время как Двалия пыталась занять своих людей делами, солдаты Эллика бездельничали и наблюдали, обсуждая женщин, будто лошадей на рынке. Мужчины с нашей стороны беспокоились не меньше женщин, боясь, что Двалия им прикажет защищать нас. Среди них не было опытных бойцов. Все они были людьми, которых я считала писцами: полными знаний и идей, но легкими, как ивовые саженцы, и бескровными, как рыба. Они неплохо охотились, и Двалия приказала им заняться этим. Кровь застыла во мне, когда я увидела, как поднялись несколько солдат и, сутулясь, пошли за ними, злобно усмехаясь и похохатывая.

Мы ждали вокруг своего костра, слабого и неспособного никого согреть. В конце концов наши охотники вернулись с двумя костлявыми зимними кроликами. Лица их осунулись. Нет, на них никто не нападал, солдаты просто шли следом, громко обсуждая, что могут сделать, если захотят. Трижды они спугивали дичь в момент, когда охотники пускали стрелы.

Я терпела, сколько могла, но в конце концов мне захотелось отойти. Я обратилась к Шан, очень раздраженной, но в столь же отчаянном положении. Мы пошли вместе, оглядываясь через плечо, пока не нашли укромного уголка. Я все еще изображала мальчика и какое-то время стояла, прежде чем присоединиться к ней на снегу. Я давно приноровилась и больше не мочила задники ботинок. Мы уже оправляли одежду, когда на нас упала тень. Шан вдохнула поглубже, чтобы закричать.

— Не надо, — мягко произнес мужчина, скорее попросив, чем скомандовав. Он подошел поближе, и в сумраке я смогла разглядеть, что это молодой солдат, который телячьими глазами смотрел на Шан, когда мы покидали Ивовый лес. Он негромко и быстро заговорил: