– Меня устроил бы и бургер где угодно, – сказал сидевший спереди.

Ровный гул мотора и плавность езды говорили Фьюно, что они находятся на автостраде; он не знал, на какой именно, но все автострады здесь быстро приводят из Лас-Вегаса в пустыню.

Один из этих людей мог быть тем человеком, который, как он всегда знал, существует где-то в мире, тем, кто когда-нибудь убьет его, став тем самым важнейшей персоной в жизни Ала Фьюно.

И теперь – теперь! – они не хотят даже разговаривать с ним!

Всякий раз при попытке завязать разговор – совершенно искренне, без всяких претензий – его стукали по голове и называли шкурой. Это было даже хуже, чем, скажем, козлом. Последнее означало, по крайней мере, что его воспринимают как представителя мужского пола и начала. А «шкура» звучало прямым оскорблением.

В конце концов автомобиль начал сбавлять ход, и Фьюно услышал, как под колесами захрустел гравий.

Он напрягся. Когда автомобиль остановится, он вскинется всем телом и, если повезет, ударит головой в лицо того, кто сидит над ним; скинув одеяло с головы, он сможет выхватить у него пистолет, а потом, вывернув связанные руки в сторону, сможет стрелять.

Автомобиль остановился, и он постарался использовать отдачу амортизаторов, чтобы вложить больше силы в свой бросок…

Но человек, сидевший прямо над ним, по-видимому, передвинулся к задней двери после того, как произнес последнюю реплику, и Фьюно лишь коснулся головой потолка и снова рухнул лицом вниз.

Похитители, похоже, даже не заметили его действий. Фьюно услышал, как откинулась хвостовая дверь, и даже сквозь одеяло учуял пряный запах сухого воздуха пустыни; тут же кто-то из «рабочих» схватил его за лодыжки и поволок, другие руки подняли его за локти, а потом опустили на песок, и с него сдернули одеяло.

Он повернул голову, приподняв лицо над песком, и, моргая от яркого солнца, попытался посмотреть по сторонам. Похитители отступили. Один из «рабочих», прищурившись, смотрел куда-то, вероятно, наблюдая за дорогой. Высокий человек в гавайке надел свой пробковый шлем и, улыбаясь во все свои белые зубы, передернув затвор собственного пистолета Фьюно, дослал патрон.

– Вам, наверно, стоило бы что-то узнать обо мне, – начал Фьюно доверительным тоном, но человек в пробковом шлеме, продолжая улыбаться, нацелил пистолет ему в лицо, и Фьюно понял, что он намерен просто убить его, не вступая ни в какие обсуждения.

– За что, з-з-за ч-ч-что? – выдавил из себя Фьюно, дергаясь на сухом песке. – М-меня з-з-зовут Альфред Ф-ф-фьюно, скажите мне хотя бы ваше имя, м-мы в-в-важны друг для друга, скажите мне хотя бы, какое у в-в-вас имя!