Он сказал:

– Мне очень жаль. Я не имел в виду… Я имел в виду… Эль – Элия – Я имею в виду, я не… – Он покачал головой, и его рот исказили боль и печаль. – Ты поцеловала меня, и мы почти… Я никогда не хотел этого ни с кем, кроме как с тобой, и я хочу тебя сейчас. Просто я хочу кое-что для себя и без последствий.

– Да, – прошептала она. Она тоже этого хотела: никаких планов, никакого будущего, никаких последствий.

– Но я не могу. Я знаю, каких существ делает эта кровать.

– Существ? – спросила она высоким, как у воробья, голосом. – Ты не таков, учитывая звезды твоего рождения.

– Ты не знаешь, кто я и что я сделал.

Образы Рори Эрригала появились в ее сознании, как и Моримароса, Аифы и солдат, которых она увидела в Аремории – в мире за этой кроватью, за Хартфаром и Иннис Лиром. Она знала многое из того, что он сделал, и хотела его. Элия знала, кто он такой, и этого было достаточно. Принцесса потянулась к нему.

Он позволил ей коснуться лица, даже поднял свои руки над ее.

– Ты ненавидишь меня за то, что я дочь своего отца? – тихо спросила она.

– Я никогда не смогу ненавидеть тебя, – ответил Бан, и все его тело задрожало.

Он нежно и дрожа поцеловал ее, медленно, словно во время восхода солнца. Элия почувствовала, как слезы катятся под ее пальцами, которыми она держала его лицо, а потом он грубо отстранился, и на его языке застыло яростное проклятие. Он потер глаза. Царапина на предплечье сверкнула свежей кровью.

– Бан, я знаю, что ты сделал. Я знаю, кто ты такой. У меня нет ненависти к этому.

– Я тот, кем себя сделал, – ответил он.

Щеки Элии оставались горячими. Ее тело тоже ощущало его. Она была затоплена смущением, желанием, но больше всего – радостью. Элия хотела заставить Бана чувствовать себя лучше. Она хотела, чтобы он увидел то же, что и она, но… она не знала как.

Горе, ярость или любовь: почему у Элии никогда не было нужных слов?

Они бы нашлись у королевы.

Так что она решила сказать:

– Все хотят от меня разного, и этого никогда не бывает достаточно. Мой отец хочет, чтобы я была звездой, только его, и даже не своей собственной; мои сестры требуют, чтобы я подчинялась им или вообще никогда не существовала; Моримарос хочет, чтобы я была его королевой, и Брона с Кайо тоже хотят этого, но для себя! Даже Аифа хочет, чтобы я правила, если это поможет мне находиться в безопасности. Ты единственный, который когда-либо просил меня быть кем-то для себя. Вокруг нас паутина опасности – война, шпионы, герцоги и короли, и даже этот шторм, этот разрушающийся остров – я не знаю, как все это исправить. Я просто знаю, чего я хочу. Я хочу сделать Иннис Лир сильным, помочь возродить землю и корневые воды, и я хочу, чтобы ты поцеловал меня снова и делал так всегда.