Виру было почти семнадцать, и ростом он превосходил не только сверстников, но и многих взрослых. Здоровенный парень, возвышавшийся над толпой, с чуть серебристыми, коротко стриженными волосами и узловатыми руками, бросался в глаза и, понятное дело, не мог завоевать доверие мартышек.

Солнце перешло зенит и отправилось в медленный путь к горам, осветив грубоватое лицо юноши: густые брови, тяжелую челюсть с тонкой ниткой бледного шрама, прямой широкий нос. Он прищурил темно-серые глаза, поглядывая на зонтичные сосны, растущие среди развалин, ругаясь про себя на тупоумных животных. Следовало найти других, но ему было жалко терять время на беготню по кварталам.

Наконец вожак мартышек убедил себя, что не будет никакой беды, если они полакомятся угощением. Вир не пошевелился, отслеживал глазами, как осторожно спускается стая, хватается лапами за фигурки каменных воинов, вырезанные на стенах башни, обвивает хвостами ветки, приминает траву.

Охотник улыбнулся краешком губ, коснулся большим пальцем правой руки кольца, надетого на средний палец. Кольца, к которому был привязан тонкий, но прочный ремешок. Он уже наметил себе цель, не вожака — тот слишком крупный, тяжелый и агрессивный, намаешься, пока донесешь, а одного из молодых самцов.

Старший стаи схватил обеими лапами несколько кусков, тут же посеменил прочь, не собираясь есть поблизости от странного человека, остальные бросились на оставшуюся приманку.

Он мог бы убить любую из них, из простейшего лука. Но Виру нужна была живая мартышка. И ему запретили использовать ловчие петли, ловушки в виде ящиков, сети, веревки и прочее. Дали лишь пращу и сказали: «Думай».

Он думал, время шло. Все на первый взгляд казалось довольно простым, всего лишь выбрать правильный снаряд, а затем рассчитать силу броска, расстояние и примерную прочность черепа добычи. Оглушить, забрать. Делов на пять минут, но Вир прекрасно понимал, что от него не ждут простых решений. Помнил, как вернулся к Нэ с загарпуненным лобаном и получил рыбой по роже.

— Ты никогда не будешь как псы Борга, но это не значит, что не надо пользоваться мозгами, оставшись со мной! — в раздражении сказала ему старуха. — Тренируй их, мальчик! Докажи, что у тебя есть способности. Тут полно книг. Читай. Еще раз, и еще. Ищи ответ.

Вир потратил три недели, перебирая рассыпающиеся тома в шкафах, прежде чем нашел упоминание о траве, которая, если ее хорошенько поболтать в воде, заставляла рыбу всплывать кверху брюхом. Нэ осталась довольна.

С мартышками вышло сложнее. Он сделал метательные снаряды из глины, полые внутри. А потом заперся в лаборатории, подбирая новый состав, едва не взорвав ее к шауттам, устроил пожар, разбил с десяток склянок, испортил свою одежду, провонял с ног до головы запахами трав и ягод, но у него получился состав, о котором шептались знатоки, пускай и пришлось остаться с обожженными пальцами и бровями. А еще потерять сознание из-за собственной глупости, когда Вир надышался итогом своих экспериментов и очнулся перевернутым на бок, с завтраком, покинувшим желудок.