— Напротив. Я дарю тебе свободу выбора и выбрасываю в мир, как птица, выкидывающая из гнезда птенца, которому давным-давно пора научиться летать. Лети, Бычья голова. Или разбейся в лепешку.
— И куда мне «лететь»?
— Как можно дальше от Пубира. Где тебя не найдут, пока ты не сможешь себя защитить. Ты прав. Рано или поздно они узнают, а я не хочу, чтобы сюда пришел Шрев, слишком стара для этого. Поэтому на столе деньги. Сегодня из гавани уходит «Дары ветров», капитан предупрежден. Он возьмет тебя, довезет до Вьено.
— Треттини? Что я буду делать в Треттини?
— Отправишься дальше, в Риону. Это старый город, город башен, которые застали еще великих волшебников. Забирайся на них, звони в колокольчик, договорись со светлячком, пойми, кто ты, и… возвращайся. А я буду ждать.
Вир не думал, что у нее есть столько времени. Он не желал покидать Пубир. Хотел остаться здесь. В своем доме, с лабораторией и книгами, цену которым лишь сейчас начал осознавать. Его переполняли эмоции, но также, несмотря на все свои «не», холодный рассудок подсказывал ему: Нэ никогда и ничего не делала просто так. Если она говорит, что нужно уезжать, то так и следует поступить. Иначе потом будет слишком поздно.
— Кто позаботится о тебе?
— Я прожила много лет без твоей компании. Уж как-нибудь проживу и дальше.
Сборы не заняли слишком много времени. Вещей у Вира оказалось совсем мало. Дополнительный комплект дешевой, но чистой одежды, куртка из плотной ткани с капюшоном, длинный узкий кинжал, праща, стальные шарики к ней, последний глиняный снаряд с усыпляющим газом и несколько трав да порошков, которые можно было превратить в яд или, наоборот, в лекарство, и конечно же завернутый в ткань колокольчик, подарок Нэ.
На прощание он обнял ее.
— В мире что-то случилось, Бычья голова. Что-то, чего я пока не могу понять. Так что будь осторожен, смотри, слушай и не ввязывайся в неприятности. Звони в колокольчик, мой мальчик. Звони в колокольчик.
Вир ушел, а старая Нэ, словно постарев еще на две сотни лет, посмотрела в древнее тусклое зеркало, и отражение устало смотрело на нее.
— Он двенадцатый, — наконец прошептала она. — Двенадцатый, кого ты нашла и прогнала в итоге. Всех других ждала неудача. Убиты. Пропали. Бросили все на середине пути. Или стали совсем не теми, кем ты их видела. Почему же ты надеешься, что именно он тот самый?
Старуха посмотрела на старуху, и обе пожали плечами, сказав друг другу одновременно:
— Ну должно же когда-то у тебя получиться. Почему бы и не сейчас?