Рука девушки поднялась, показав Шэхкацу ладонь в знак благодарности. Потом эта же ладонь опустилась к Сигизмунду, который сейчас рад был ей, её сдержанной улыбке и что он слышит её голос:

– Ты мне должен! – воскликнула дама, когда мужчина подал ей ладонь и резким усилием был вздёрнут, его подняли словно ни он, ни доспехи ничего не весили.

– Нас теснят! – кричал в это время В’Орпай, собиравший людей у тыльных бревенчатых «стенок», за которыми пролегало нетронутое поле, отделявшее их от артиллерии.

Капитан, чтобы спасти положение, собрал два десятка человек и устремился с ними в атаку, чтобы хоть на пару метров отбросить неримлян. Пытаясь перекричать звон мечей, гром пушек и крики, он скомандовал атаку, но она тут же выдохнулась. Двадцать воинов не прошли и метра, встреченные полусотней кольчужников с символикой Эрофина, сойдясь с ними в плотном бою и пытаясь опрокинуть строй, обращённый щитами.

Тем временем противник вмарал в землю остатки сопротивления на краях, и смог сформировать ровный строй, чтобы в едином порядке продолжить наступление. Молотами и топорами, мечами и лесом копий они искололи и изрубили солдат Эндерала, оставив лежать ненесчастных в траншеях, повиснуть на баррикадах и укреплениях. Их действительно сильно измотали и отогнали от краёв обороны. Огромная масса пехоты в несколько тысяч воинов стекалась к ним, а против всего полторы сотни воинов, которые практически выдавлены с позиций.

Маттоми отбил выпад. Осознание проигрышной ситуации породило искру обиды, а та вспышку ярости. С пылающим сердцем парень опустил меч на врага, но тот закрылся щитом, сталь не выдержала и разлетелась на осколочки. Он отбросил обломок и подобрал копьё, которое излишне сильно сжал. В глазах врага он видел торжество, смакование не наступившего триумфа и знал, что в его взгляде недруг зрит дикость, готовность драться до последнего… как то бывает между победителями и проигравшими.

– Лучше вставай на колени и сдавайся, – потребовал наймит, прикрываясь щитом и держа наготове меч.

Но охотник не думал что-то отвечать. Горечь поражения сменилась радостью, дух неожиданно воспламенил, а грязное от крови и земли и понурое лицо неожиданно «посветлело».

– Посмотри назад, – усмехнулся парень в лицо наймиту, когда увидел маячащие и быстро приближающиеся стяги со львом.

Масса воителей, с широкими белыми щитами и клевцами наперевес стремительно сближалась с противником. Оказалось, что морская пехота при поддержке аркебузиров и арбалетчиков разбила наёмников, которые слишком опрометчиво оставили свой фланг неприкрытым. За такую пренебрежительность аркечане карали неримлян, забивая их страшным оружием. Врубившись во фланг наступающей массы они стали молотить и рубить доспехи, натиском оттесняли недруга, втаптывали в землю остианцев и аманцев. В траншеи свалились новые тела, где их и закололи морпехи с копьями, наймиты отчаянно перенаправили эрофинцев в бой с аркчанами.