– Господин, – с дрожью стал звучать доклад. – Там… вражеский командир.

– Я знаю, – хмуро отметил Велисарий, чувствуя, что его положение с каждой минутой боя становится всё безнадёжнее.

Аркт был в самой гуще битвы, прорубаясь через оборонительные порядки легионеров. Он будто бы игриво отбивал каждый направленный на него удар. Двуручный изогнутый и расширенный к концу меч полыхал зелёным огнём, а его прикосновение оставляло страшные раны. Он рванул вперёд, в толпу солдат, где оружием, выкованным из звёздной стали, изобразил причудливые фигуры, выводя его в выпадах и дуговых движениях. Воины за пару секунд были опрокинуты, и падший архисерафим смог дальше пройти.

Огненный меч сверкнул яркой лентой и пару легионеров не спасли и широкие щиты – их разрезало словно картон. Аркт в припрыжку побежал вперёд и оттолкнувшись от земли, смог взлететь на небольшое возвышение, где его уже ждал десяток аркчан. Они встретили его метательными дротиками, но большинство со звоном отлетели от искусного направленного клинка. Призраком, вспышкой пламени и огненным шлейфом показался им Аркт, когда тот вступил в бой. Трое сразу пали с кровавым каньоном в груди, ещё двое грохнулись без кистей рук, а спустя десять секунд боря в строю оставалось всего двое… такова убийственная ярость и мастерство Аркта, «хвалой» которым стали крики и стоны раненных, умирающих. Ход битвы его явно не заботил, пусть командует Король. Падший архисерафим лишь желал добраться до Велисария и вновь бросился на наковальню войны.

Командир армий, как более хладнокровный и прагматичный повелитель сознавал всю тяжесть положения. Но фактор «ворона» на поле боя нельзя было игнорировать и поэтому Велисарий бросил против него оставшихся паровых центурионов. Резерв, который оставался для последней линии обороны, для самого критического момента битвы, должен теперь спасти положение на правом фланге, где неистовствовствовал Аркт:

– Передайте техно-отрядам звёздников, чтобы активировали центурионов и отправляли их в бой. Цель – Аркт.

– Есть!

Решение бросить в бой латунных великанов было символом полного отчаяния, но медлить нельзя – ещё немного и архисерафим угробит весь правый фланг.

Сначала над полем боя раздались лязги металла, и шипение пара, вырвавшегося из гидравлических стабилизаторов. Потом «титаны» с грохотом, сотрясая землю, ступили на поле битвы и при их виде сердца тысячи дрогнули. Казалось, они затмили собой тылы Союза, возвышаясь над всем живым, подобно гневливым божествам ристалища. Холодный взор металлических лиц, вкупе с массивными молотами и секирами внушал трепет. Повинуясь простейшим командам, заданными оператороми, они определили цель и ринулись к ней.