…На пороге осени к верхушкам яблонь стянуло тугие тучи, и посыпались вперемешку со снегом васильки. Ярина долго стояла, глядя на снегопад, – чёрная игла среди белого полотна. А потом сняла с головы цветок, поднесла к лицу, и на миг, на краткое мгновенье мелькнула в глазах прежняя искорка – мягкая, озорная.

– Дай мне уйти, – тихо попросил День. – Зачем я тебе? Вели Ночи с тобою быть. Дело ли это – целое лето в Лесу не было солнца?

– Ты мне клятву дал никогда против меня не идти. Ты мне Белое Пламя дал. Ты День мой Красный. А Ночь… Тот ему господин, кто в тёмном времени правит. Друга такого хорошо иметь, только за спиной его оставлять не след.

Яр-горд прислонился к яблоне, прижал ладонь к синеватой коре. В который раз за лето подумал: как же вышло, что вместе с Обыдой вырастили они ягу такую? Тихую да опасную, что пока, по молодости, не ведает, что творит. А ведь рассказывала ей Обыда и про Великий Лес, и про Равновесие, про то, как покачнуть его страшно. И про мглу над Полянами говорила. А Ночь и Хтонь показывал, и Калмыш. И Керемет хохотал, искушал, и царевна объясняла…

Где сплоховали? Какой ломоть не туда встал, отчего береста пришлась не по дереву?

…С первых деньков в Лесу, как только оклемалась, тянулась Яринка к новому. Что за вышивка такая? Что за ягодка? А Дальние поляны отчего такие шумные, отчего мы туда смотрим только, а ходить не ходим? Придёт ли Кощею черёд за чёрную дверь идти? А если Утро есть, то отчего Сумрака никогда не видно у калитки? В воршудах у женщин ни красных, ни чёрных узоров нет на руках, а у тебя, Обыда, и те, и другие – почему?.. А Инмару, коли он превыше всего, зачем яга? А в перепечи белый гриб с сыроежкой вместе положить – печь не разорвёт?.. Порой и Обыда уставала отвечать на её вопросы, а Яра впитывала и впитывала, как озёрная губка, как горячий летний луг в дождь. И знаний-то у неё скопилось много, много – но далеко не все удалось делом проверить. А знания без опыта опасны. Раньше яга-наставница не давала на топкую дорожку свернуть, но что будет, когда Ярина одна останется, без совета, без защиты? Не её от мира – мира от неё?..

А у Обыды-то и надежды нет победить. Сидит, поди, в избушке, которую издревле я́ги построили яблочко караулить, да дрожит, всё понимая. И не выходит не оттого, что время выжидает, а оттого, что бой боится принять. И рада бы, может, уйти, да как? Ярина ведь из рощи уже живой не выпустит. И сам День рад бы помочь – да нечем: крепко связывает данная Яре клятва не идти против неё, что бы ни случилось. Яге не соврёшь, в шутку не поклянёшься.